Хранить и защищать

«Сейчас вопьется», — с ужасом подумала Натаха и уже хотела его треснуть, но обошлось — запечатлев поцелуй, Витольд отпустил конечность целой и невредимой.

— А я — Тамара, Наташенькина мама.

— Польщен! Очень польщен знакомством! Теперь понятно, в кого ваша дочь такая красавица, — разулыбался вампир.

Мама зарделась и, игриво махнув рукой, воскликнула:

— Ах, бросьте.

— Добрый вечер, — произнес Георгий, тоже выходя в коридор.

— О-о-о, — простонала мама. Натаха торопливо оглянулась, опасаясь, что фамильяр окажется в любимых красных труселях, но этого, к счастью, не случилось.

Одежда его оказалась более чем пристойной — шейный платок красноречиво алел, лацканы сюртука отливали антрацитовым блеском, также как и уложенные волосы. Для поездки на бал недоставало только кареты.

— Разрешите представиться, Георгий.

— Та… Тамара… Алексеевна.

— Очень приятно, — Георгий изящно поклонился. — Не соблаговолите ли выпить чаю, дорогая Тамара Алексеевна?

— Соблаговолю, — ответила мама, принимая протянутую руку.

Бросив на Витольда полный превосходства взгляд, Георгий повел свой трофей на кухню.

Вскоре, все вчетвером, они уже сидели за столом. Подогретым в микроволновке блинам досталось такое количество похвалы, что мед и варенье оказались излишни.

— А кто вы по профессии, Витольд? — спросила мама, когда тарелки опустели.

— Искусствовед. Специалист по эпохе Возрождения — литература, живопись, все такое…

— И много за это платят?

Ну всё, поняла Натаха, началось.

— Не жалуюсь, — вампир сделал таинственное лицо.

— Должно быть, вы очень богаты. Как у вас с жильем?

— Прекрасно, — улыбнулся вампир. — У меня свой особняк в квартале отсюда.

Георгий многозначительно хмыкнул и тут же об этом пожалел.

— А вы кем работаете? — мама переключилась на него.

— Руковожу хозяйством.

— ЖЭУ? — обрадовалась мама. — Как замечательно! Нам с Наташенькой очень пригодится свой человек в ЖЭУ. А где живете?

— Здесь.

На кухне воцарилась тишина.

Сейчас рванет, поняла Натаха.

— Так это же замечательно! — воскликнула мама, заставив ее удивленно выпучить глаза. — Какие вы с Наташенькой молодцы! И правильно, нечего тянуть! Надеюсь, скоро понянчить ваших деток!

Георгий поперхнулся, а у Витольда сделалось такое лицо, что Натаха поспешила вмешаться.

— Бутерброды! — воскликнула она. — Кто-нибудь будет? — и, не дожидаясь ответа, бросилась к холодильнику.