Сын Ведьмы

Но тогда нам придется отгонять между делом прибежавших на огонек демонов. Так что остановимся на твоем варианте.

На том и порешили. Если бы нас в этот момент застукала Эвелин, подумала бы, что мы сатанизмом или спиритизмом каким занимаемся. Темный зал с голыми стенами, вдоль них стоят стройматериалы, темный силуэт стремянки, а на полу, скрестив ноги и склонившись над расстеленной картой в окружении зажжённых толстых свечей сидим мы. Я, закрыв глаза, сижу, протянув над куском бумаги левую руку, бормочу какую-то тарабарщину, рядом курится дымок ароматных трав из глиняной чаши.

На мировой карте отметка оказалась где-то в Европе. Но клочок земли этот был настолько незначительным, что невозможно было прочесть что там написано мелким шрифтом. Только я подумал о том, что надо бы поподробней разглядеть название этой страны, как вдруг изображение рывком приблизилось и я с невероятной скоростью понесся над лесными массивами, над мрачными горными вершинами, укрытыми никогда не тающими ослепительно белымы снегами, на бреющем полете пролетел над заброшенным трактом, которым не пользовались со времен Якова I, едва не задевая кончиками крыльев обступивший едва заметную дорогу густой, темный лес.

От него веяло какой-то недружелюбной опасностью, как в тех сказках братьев Гримм без цензуры.

Резко сбавляю скорость, впереди видны полуразвалившиеся когда-то величественные башни замка, ворота выломаны, вокруг царит запустение, земля перед замком словно выжжена.

Тут и там из мерзлой неровной поверхности торчат остатки осадных сооружений, покрытых копотью, изредка в черной грязи мелькает тусклое сияние не тронутых ржавчиной разрозненных частей доспехов. Взлетаю выше, к центральной башне, облетая боковые башенки, поврежденные баллистами. Не задерживаясь, пролетаю сквозь холодные, безжизненные залы, где-то вдали забрезжил свет свечей. Останавливаюсь посреди огромного зала, стены которого теряются в темноте.

Внимание привлекает неподвижная мужская фигура, расслабленно сидящая в троноподобном кресле. В правой руке он держал кубок, мрачно мерцавший в свете свечей драгоценными камнями. Медленно приближаюсь и замираю, охваченный необъяснимым, иррациональным ужасом. Потому что темноволосая голова медленно поднялась, теперь на меня смотрел, сияя алыми глазами в темноте, внешне молодой вампир, во взгляде которого читалась безмерная тоска и одиночество.