Сын Ведьмы

— Ну?! Кто хочет из вас, шакалов, сдохнуть первым?! Я не позволю таким ничтожествам как вы убить её!

— Маркус, — тихо позвала она, осторожно прикасаясь к плечу демона, выше она просто не дотягивалась. Тот тут же подхватил оседающее тело женщины, встав перед ней на колени. По белоснежной коже виска из-под копны черных волос струилась кровь.

— Мама… — хрипло прошептал он в отчаянии. — Нет… пожалуйста…

— Все хорошо… — слабо улыбнулась она в ответ, погладив по горячей шероховатой щеке сына нежной ладонью, с безмерной любовью глядя на него.

Каким он сильным стал… юный, могучий демон с лиловыми глазами. Её кровь, ей наследие и гордость, — я дарую тебе, Маркусарио, свою жизнь и силу, пусть знания мои послужат тебе так, как послужили мне. Клянусь своею душою бессмертной и своею магией, что выполняю данную волю добровольно. — Притянув к себе голову сына, она вдохнула в его приоткрытые губы серебристую дымку, после чего обмякла у него на руках, закрывая глаза.

— М-мама… — тихо позвал демон, укачивая в объятиях изящное тело. Все, кто был на этой площади в тот день клялись, что юный черный демон плакал… как человек.

С небес, словно огненная комета, рухнул на городскую площадь алый демон.

— Ну надо же! Как ты вымахал! — раздался насмешливый голос демона. — А я по всему Аду тебя ищу, с крыльев сбился! Вижу казнь все же привели в исполнение. Давно пора. Все тянули… Я думал состарюсь, пока дождусь.

Неужто тебе жаль свою мамашку?! Она же бросила тебя!

— Что ты можешь знать о чувствах?! — сдавленно прорычал черный демон, бережно укладывая на камни брусчатки безвольное тело матери. Поднявшись на ноги, он с ненавистью посмотрел на врага, — демон… не умеет любить.

— Был один демон, который влюбился в человеческую женщину, но речь сейчас не о нём, — насмешливо парировал Данте, призывая Мятежник, вокруг него появились алые призрачные клинки. — А о тебе… пацан.

Все твое существование — ошибка! Ведь таких как ты рождается один на миллион… Тебя вообще не должно быть! И сейчас я исправлю это!

— Попробуй, — рыкнул в ответ черный демон, вооружившись сияющим клинком, татуировки на его теле разгорелись ярче, по рукам заструились извивающиеся, словно змеи, ветвистые молнии цвета его глаз и ярости.

Данте испытывал противоречивые чувства по отношению к этому ведьминскому недоразумению.