Нулевой аркан

Уж так исторически сложилось, что наш национальный менталитет оперирует искаженными зоновскими понятиями о порядочности. Мы почему-то не делаем разницы между донесением и доносом. И библейское «не судите, да не судимы будете» цветет у нас буйным цветом, а стало быть плодит беззаконие. На этот крючок всегда попадаются совестливые и правильные, которых потом разные быстро ориентирующиеся в говне подонки в каких только позах не сношают.

Замостин помолчал, задумчиво тиская тоненькую шариковую ручку в крупных пальцах.

— Если я правильно понимаю, таких шлемов ваше КБ выпустило четыре экземпляра? — Лешка кивнул. — И остальные три никаких нареканий не вызвали?

— Нет. Письмо мы получили только от вас.

— Правильно. Опытный образец истребителя седьмого поколения, который ты видел, пока только у нас. Какой вывод напрашивается?

— Нет гарантии, что на других самолетах, уже в серии, не возникнет та же ситуация. А складывать два и два умеем не только мы. Поэтому, как я уже сказал, легче изменить конструкцию шлема, чем истребителя.

— Вывод правильный, Лесов, но поверхностный. Ты кое-что упускаешь.

Комполка был спокоен, а вот Леха начал закипать. Он что, на экзамене?!

— Просветите неуча, — холодно попросил он, но Замостин, казалось, не заметил ни Лехиного мелкого хамства, ни раздражения.

— Ты просто не видел, какие балетные па вытворяет «семерка» с Федором. Ощущение, что физика на самолет не действует это мягко сказано. После Самойлова машину поднимали еще четверо. Без шлема, само-собой.

И как будто это вообще другой истребитель. Даже рядом не стояло.

— Тогда почему Самойлов отказывается и дальше одевать шлем?

— Страх, — комполка почему-то отвел глаза. — Ты, скорее всего, прав. Так называемое слияние машины и человека не фигура речи, это я на себе почувствовал.

Опять воцарилось зыбкое молчание. Даже призрачный наблюдатель тихонечко торчал где-то за спиной, стараясь не попадать в поле Лехиного зрения.

— Я понял. — Лешка внимательней всмотрелся в сидящего перед ним мужчину и неожиданно для самого себя разозлился.

— Вы тоже боитесь. Но вовсе не самолета. Вам тоже нужно отчитаться перед вышестоящим начальством, а новый истребитель, как я понимаю, попал к вам на испытания не случайно. Вы лично подсуетились, чтобы именно ваша часть его получила.

Замостин опасно сузил глаза, но Лешка продолжал.

— И с нашим шлемом, наверняка, тоже вы. А тут такой облом. Вы будете очень бледно выглядеть, если сами поднимете волну.