Нулевой аркан

Это ведь чревато не только всякими проверками, уменьшением денег на обеспечение и отъемом всяких плюшек. Придется признать, что чуть ли не две трети летчиков отряда не дотягивает до уровня «семерки». И нетрудно догадаться, именно вас сделают козлом отпущения. Пострадает не только ваш авторитет, но и ваша гордость. Не так ли?

Комполка разглядывал Леху с хмурым интересом.

— И что ты предлагаешь?

— Я?! — Лешка даже потерялся от восхищения способностью сидящего перед ним человека вот так, сходу, перекладывать ответственность на кого-нибудь другого.

— Я ничего не предлагаю! Вы ведь уже написали рапорт? О том, что наше изделие ограничивает доступ к управлению самолетом. Я правильно выразился? Да? Написали. Конечно, формально вы не при делах, разборки будут устраивать нашему НИИ, и времени это всё займет немало. А там или ишак сдохнет, или падишах.

— Ты стратег, как я погляжу, — глаза сидящего напротив превратились в такие узенькие щелочки, что невольно возникал вопрос о следах монголо-татарского нашествия в его роду.

— Только зачем мне, в таком случае, нужно было с тобой возиться?

— Я так думаю, что вам хочется поучаствовать в очень даже возможном научном прорыве. Особенно хочется, чтобы нужные люди, пусть даже через третьи лица оценили ваши старания. Поэтому вы приставили ко мне Игната, устроили встречу с Федором и теперь просите, чтобы я ничего не упустил в своем… донесении.

— И как? Не упустишь? — улыбка у комполка была похожа на оскал голодной гиены - широкий и радостный.

— Разумеется, — Лешка упрямо сжал губы. — Напишу и расскажу все. Абсолютно.

Замоситин сделал какое-то странное движение рукой, не то хотел хлопнуть по столу, не то отмахнуться, но передумал и сунул ручку в пластиковый органайзер.

— Семнадцать ноль-ноль. Тебя будут ждать на складе. Заберешь изделие и документы, поставишь автограф. Свободен.

Лешка и сейчас не стал лезть в бутылку, выяснять какое отношение к нему лично имеет приказ гражданина полковника о «свободе».

Он просто поднялся со стула и вышел из кабинета.

Шаляйкин догнал его минуты через три в небольшом сквере с кривенькими березками, с аккуратными дорожками, заполнявшем собой пространство между диспетчерским постом и административным корпусом.

Некоторое время шли молча, громко хрустя свежим снежком под подошвами. Но еще через пару минут Игнат все-таки не удержался.

— Леш, ну ты чего? Зря ты обижаешься.