Упавшая звезда

— А она вообще умеет?

— Мы научим, — заверил Волкер и посмотрел на Элеонору: — Будешь стоять на воротах пока что.

Та кивнула. Щёки Элеоноры слегка порозовели от смущения — из-за того, что Волкер за неё поручился и потому, что подобрал более звучное сокращение к её имени.

Норхен поставили на ворота, которыми служило пространство между клумбой и скамьёй. Ей надо только поймать мяч. Мальчишки гоняли его по самодельному полю, пытаясь перехватить у противников или передать его члену команды. Элеонора следила за тем, как ребята носятся вокруг и на несколько минут потеряла бдительность.

Свой первый мяч она пропустила.

— Гол! — завопили парни из команды противника.

— Норхен, соберись. Ты же не хочешь всё время проигрывать? — подбодрил её Волкер.

— Чёрт бы тебя побрал, Волкер! Не надо было её звать. Девчонки вообще не умеют играть, — недовольно сказал один из его товарищей.

— Заткнись, Курт! Как будто бы стал играть как чемпион с первого раза, — фыркнул он.

Игра продолжилась. Но слова Курта задели Элеонору, она скорчила недовольную рожу и сдула прядь с лица.

Теперь всё её внимание было направлено на мяч. Она позволяла себе расслабиться, только если все игроки были на другом конце поля. Как только мяч оказался на её половине, она не спускала с него глаз.

Ребята передавали его друг другу и приближались к воротам. Элеонора встала в боевую стойку. Мяч полетел в ворота. Норхен сделала рывок в сторону. Шар ударился ей в живот. Она смогла его удержать. Парни из её команды ликовали. Элеонора открыла глаза и осознала, что смогла поймать мяч.

Тело охватил прилив энергии и чувство небывалой радости, которая вырвалась наружу заливистым смехом.

Так, за всё время игры, ей удалось поймать ещё два мяча, но пропустить один. Энергия била ключом, растекаясь из тела в конечности. И всё бы ничего, если бы ей на голову не начало давить болезненное ощущение. Сначала оно появилось только точкой, будто в мозг воткнули булавку. Но скоро боль начала расширяться. Когда Элеонора должна была поймать очередной мяч, она не смогла устоять на ногах и рухнула на брусчатку.

— Норхен? — обеспокоено позвал Волкер.

Там медленно подняла тяжёлую голову. Она побледнела. Несколько парней её окружили и помогли подняться.

— Эй, ты как?

— Мне не хорошо. Я пойду домой, — сказала Элеонора, щурясь от боли.

— Давай я провожу тебя, — сказал Волкер.

— Приходи играть ещё, — раздался детски голос кого-то из мальчишек.

Норхен сдавлено улыбнулась и кивнула. Они вместе пошли к её дому.