Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

Мы с Владом нарвались на него, когда пошли искать её.

— Как оно выглядело? — Вилен записывал все с таким старанием, что в недрах кровати что-то мелко поскрипывало.

— Как Эдик.

Скрипы прекратились. Следователь непонимающе уставился на Севра.

— В смысле, чудовище приняло его вид?

— Нет, идиот! Эдик убил мою сестру, и за это она оторвала ублюдку голову!

— Не нужно обзываться, — невозмутимо попрекнул Вилен, положив ручку между страниц. — Вы либо врете, либо сами запутались. Современные вампиры не способны убить физически.

Это не значит, что мы святые, это научный факт. Эту возможность нам блокируют перед обращением. Раз вы утверждаете что ваша сестра оторвала голову гражданину Здыхову, то это объясняет почему она скрывается. Если хотите чтобы она отделалась штрафными работами, вы должны помочь ее найти. Иначе, если ее вина будет доказана, то уже вам грозит продление срока службы.

Север вскочил так яростно, что сброшенное одеяло перелетело через соседнюю пустую койку. Стойка с капельницей вслед за вырванным катетером с лязгом опрокинулась вслед за дернувшейся трубкой на кровать в тот же миг, как Север прибил опешившего вампира за воротник к стенке.

— В русалку она превратилась! Когда этот урод убил ее! Вы, чудовища, бесчувственные, тупорылые кровососы не имеете ничего близкого к человеку! Найти Гарью? Да я вам больше нихера не найду! Ни ваши чертовы документы, ни маньяков, ни пара-жильцов*, потому что даже от них меньше вреда, чем от вас. Я больше ничего не должен вашей сраной Сомнии.

Делайте со мной что хотите.

Следователь, не ожидавший от апатичного Севра такой подвижности, удивленно хлопал глазами. Дослушав, он вернул себе невозмутимый вид и оттолкнул высокого крепкого парня как мальчишку. Север упал на кровать, быстро встал, но Вилен уже был у выхода.

— Вы ответите и за свои слова и за нападение на сотрудника Сомнии, — сказал он спокойным твердым тоном, поправил смятый воротник, засунул папку подмышку и скрылся за дверью.

Север расслабил сжатые до дрожи кулаки.

Кровь перестала кипеть в жилах, гнев схлынул вместе с силами, на время подаренными вспышкой гнева. Он положил руку на холодную кожаную обивку высокой кровати, уперся в запястье лбом и бессильно провыл больным китом.

***

Мелкую, извилистую реку Чернавушку затянуло льдом. Мороз сшивал берега, позволяя рыбакам выбирать место поглубже.

Ближе к озеру лед едва обрамлял извилистые кустистые берега и толстые каменные быки недостроенного Рыбацкого моста.