Волчок 2. Семь вёрст. (черновик)

Это если принюхиваться. Вообще в доме пахло приятно — книгами, едой, немного духами и пустырником.

Шкаф и диван Влад взял на заметку, мало ли что могли оставить после себя прежние хозяева вместе с мебелью.

Единственными новыми вещами в комнате оказались компактный белый комод, от которого еще пахло свежим деревом, громоздившийся на нем небольшой плоский телевизор, ненадежный только на вид сборный стеллаж с книгами и пара мягких кресел на ножках. Одно стояло между диваном и окном, другое между шкафом и комодом.

Влад задрал голову и посмотрел выше на странное украшение. Шерсть на его волчьей спине вдруг вздыбилась сама собой, посылая волны мурашек по всему телу.

На стене висел оберег — берестяная трубочка с прорезанными рунами и торчащими из концов осиновыми и рябиновыми веточками. Ягоды сморщились, а листья почернели и продолжали тлеть прямо на глазах.

Влад отошел на пару шагов.

— "Сев!" — тявкнул он, озираясь и ища другие признаки проявления духа.

Север прибежал вместе с Сашей. Он уставился на чернеющий оберег с отвращением и интересом. А вот Сашу ничего не удивляло.

— Так происходит каждый раз, когда все начинается, — сказала она

— Тогда тебе лучше уходить прямо сейчас.

— Думаешь, я это первый раз вижу?

Север не успел возразить. С кухни донеслось короткое жужжание игрушки.

— Началось, — буднично подтвердила Саша.

Влад и Север выглянули из зала на кухню. Лежавшая на столе рыба вдруг подняла голову, беззвучно пошевелила ртом, будто хватая воздух и легла.

— Он теперь так всю ночь будет, — обронила Саша, проходя к столу. — Потом еще и споет.

Свет в зале вдруг потух, и борцы со сверхъестественным незамедлительно составили девушке компанию. Все трое окружили стол и уставились на карпа.

Тот снова поднял голову, заставив всех дернуться, и едва слышно буркнул: — "Рок...". Затем согнулся еще раз и пробасил четче: "ШУРОК".

Саша отшатнулась к плите и машинально схватила Севра за локоть. Ее пальцы на его руке нервно сжались, когда за стенкой в ванну с громким перекатом упала бутылка шампуня. В прихожей с вешалки свалилась куртка. В зале мигнул свет и со шкафа посыпались книги. Влад почуял мокрым носом могильный холод. Промозглая сырость, словно пожирая тепло батарей, заполняла собой коридор и кухню, забиралась за воротники, шевелила волоски на затылке.