Красные угли Белтейна

— он взял несколько шампуров с уже румяным поджаристым мясом и повернулся к младшему братцу: — Пойдём, Малой, реальных волшебниц тебе покажу. А ты, Цыпиш, глазки будешь строить, на правах альфа-самца. Сдюжишь?

Вместо ответа пахан упырей показал средний палец.

— Отлично. Геша! Ге-е-ша-а! Ты где?

Из перелесочка, окружавшего поляну, с треском вывалил деревенского вида парень, худой до костлявости, но непомерно высокий и широкоплечий:

— Ну чё тебе?

— За шашлыком присмотри, пейзанин! Мы на разборки идём...

— Ну вы, блин, даёте, блин.

— Не бей копытом, конь педальный! Если что, хватай водку и к нам!.. У нас мирное мероприятие...

Геша понимающе кивнул и встал за мангал.

***

— Илона! — требовательно повысила голос самая боевая из ведьм, средних лет на вид, следовавшая в авангарде, демонстративно не глядя на Коляна. — Ты поговорила с приятелем? Этот сброд уберётся наконец отсюда?

— Э-э, чё? Чё ваще такое? Кто тут сброд, кошки драные?! — завёлся Колян, расставив руки и выпучив глаза.

Ведьма посмотрела на него сверху вниз и молвила:

— Будете сквернословить, молодой человек, — и я превращу ваш поганый язык в слизняка.

Обстановка накалялась. Илона примиряюще подняла руки:

— Друзья, давайте обойдёмся без излишних...

Суровая ведьма перебила её:

— Только потому, что вы знакомые Илоны, я отпущу вас отсюда невредимыми! Но если будете и дальше мозолить глаза, я могу и передумать! — окружавшие её колдуньи согласно закивали, а она сказала зеленоглазой девушке: — Илона, ей-богу, с каким быдлом ты общаешься.

— Дамы! Дамы! — пред лицами вещуний возник улыбающийся во все тридцать четыре расхристанный Хоба со товарищи и с шампурами в руках. Судя по его поведению и расхлябанности походки, пока шёл, он успел раздавить ещё бутылку пива... — Что за проза жизни! Может, лучше по шашлычку? Такой сегодня чудесный вечер, тёплый, душевный! Мы тут, кстати, день Труда весьма ударно справляем! Присоединитесь к нам, скрасьте наше.

— Юноша, помолчите, — процедила колдунья. — Мне нет никакого дела до ваших праздников. Сегодня здесь будет праздник наш, ведовской! Грядёт ночь Белтейна!

— Белтейн-шмелтейн, — буркнул Колян, — бухнуть не дают...

— Ой, да ба-а-атюшки! — удивлённо воскликнул Хоба и резким движением руки, внезапно обретшей некую чудесную ловкость, вонзил одновременно все шампурики в стоящий рядом пенёчек.