Цветочная лавка в Забытом переулке

Другая, которая решилась провести в школе обряд призыва, ничуть не уступая подруге в громкости и скорости, так же убежала. Лишь третья, пробормотав что-то себе под нос, вышла в коридор и включила свет.

Хлопок включившейся лампочки раздался над головой Виолетты. 

— Идиотки, — произнесла десятиклассница, поднимая с пола чудом не разбившийся телефон своей подруги. 

Завершив видеозапись, она заблокировала смартфон, засунула его в карман пиджака и спокойно вышла в коридор, проклиная своих подруг за чрезмерную мнительность и внушаемость.

Виолетта, довольная своей шуткой, последовала за ней.

«И в самом деле, идиотки».

Школьная рекреация после звонка пустовала. В этом крыле было всего пять кабинетов и в каждом из них преподавали точные науки: математику, химию, физику, информатику и даже астрономию, вернувшуюся в школьную программу только в сентябре этого учебного года.

Астрономия Виолетте нравилась больше других предметов, хоть и стояла она в расписании только раз в две недели.

«Значит, у них алгебра», — подумала Виолетта, взглянув на закрытую дверь 302 кабинета.

Математичка, которую за ядовито-жёлтый оттенок волос окрестили «Цыпа», была женщиной уже в возрасте, давно за шестьдесят. И сильнее чем свой предмет, она ненавидела только своих учеников, вечно шумящих, ничего не понимающих и раздражающих её тонкое душевное равновесие своим присутствием в одной с ней Вселенной.

Цыпа была из того рода учителей, которые непонятно как вообще оказались среди педагогов.

Виолетта перевела взгляд с двери кабинета на окно, завешанное голубоватыми тюлями. 

«Как-то светло на улице», — подумала она, направившись к окошку.

Она одёрнула тюль и прислонилась лбом к холодному стеклу. Снаружи бушевала метель. Весь школьный двор был затянут пеленой белоснежного снега. Виолетта сощурилась, стараясь рассмотреть протянутые вдоль здания дорожки, но под высокими сугробами их было уже не видно.

«Как же она решилась?»

Виолетта осмотрела подоконник. Его ширина была такой же, как у подоконников в классах. Даже с ее 39 размером ноги она с легкостью могла устоять на бетонной поверхности. Оглядевшись по сторонам и убедившись в том, что кроме неё в коридоре больше никого не было, Виолетта забралась на подоконник и, облокотившись о стекло, посмотрела вниз.

«Ничего не видно».