Контраст

- Вот вы и пришли… Ещё на что-то надеетесь? Напрасно! Ваш любимый Гордеев сдох как собака и все ваши друзья вместе с ним! Я расщепил ядро, подавил все очаги сопротивления. Вас ждёт самая худшая участь!

В мгновение ока увесистый посох в руках бойца хрустнул и разлетелся в щепки. Сиб остался безоружен, а тело уже не слушалось.

Остался только Толя, который отмахивался своим тонким посошком, на конце которого горел доселе невиданный белый огонь.

Тварь была недовольна, когда парень прижигал её огоньком и отчаянно лупил.

Но вот одна клешня дотянулась до посоха и начала его гнуть. Вот-вот сломает. Но посох не гнётся. Трещит, но держится. Он сделан из осины и в этом мало приятного даже для большой и злобной нечисти.

Ещё один удачный выпад – и оружие вонзилось в чешуйчатый бок. От страшного рёва задрожали стены, а со шкафов посыпалось барахло. Неужели победа?

Нет, лишь мимолётный успех. Толя вдруг скорчился и упал на землю, отчаянно закричав. Кривясь от боли, он дополз до Олега и рухнул рядышком.

Свет погас. Лишь жёлтые глаза мерцали во тьме да светились тусклые гнилушки.

Оставалось закрыть глаза и умереть…

И вдруг чей-то далёкий крик. А может быть зов. Или плач.

Кто-то идёт лёгкими и быстрыми шагами, постепенно приближается, вызывая беспокойство твари.

В комнату вновь ворвался свет. Но другой, тёплый. Горящий как бенгальский огонь в вытянутой руке. Заставивший чудовище скрючиться и сжаться в углу. Сибирцев не верил своим глазам.

- Быстрее! Вставайте! – говорила она, не подпуская тварь и стараясь помочь подняться едва живым «восходовцам».

- Зажигайте! – тут же в руках Олега и Толи оказались скромные щепки. Их нужно зажечь внутренней силой, которая почти иссякла. Кончики щепок стали слабо дымиться, потом появилось едва заметное пламя. Ещё немного терпения…

Горит! Пылает! Три лучины освещают комнату. Три лучины движутся к негодяю, бросая искры. Три человека произносят заговор.

Гори, поганое отродье

И хрупкий мир наш не порочь

Ты власти больше не имеешь

ПРОЧЬ!

И вот чёрная лужица металась у плинтуса, пытаясь избежать правосудия. Но всё же растаяла, исчезла!

- Ох... - только и смог сказать Сибирцев, оседая на пол. Все были измождены, устали до крайности.

Но теперь тут нет опасности. Вся чернота, что копилась в квартире, сгорела в волшебном огне. Остались только вздувшиеся обои, тараканы с мухами и грязь.