Двери закрываются

Пожалуй, только после его объяснений у неё в голове наконец отложилась ньютоновская механика. Когда она попросила понятно растолковать основные принципы её работы, он просмеялся и велел быстро достать блокнот и цветные карандаши.

– Для начала нарисуем человечка-плюшку, моя хорошая.

– Нарисуем? – недопоняла Тамара.

– Не задавай вопросов. Просто рисуй, – он заметил муху-журчалку, севшую на лацкан лабораторного халата, в котором она его видела во тьме ночной и при свете дня, – А ну брысь, – щёлкнул он пальцем рядом с мухой, чтоб та улетела.

Опять напускали всяких летающих мерзавцев из оранжереи. Он, конечно, всё понимал, но и на цветок он был не настолько похож, чтобы на него садились вот так, без спросу.

Тамара изобразила на одной из страничек пухлого, словно хлебушек, человечка.

– А теперь нарисуй ему друга. Как ты видишь слово «ускорение»?

Ускорение… Персонаж, которого набросала Тамара, напоминал чем-то байкера, чем-то гонщика Формулы-1. Сзади него по небу летели метеоры, а на костюмчике красовалась молния.

– И что дальше?

– Тс-с.

Он взглянул на девочку сквозь цветные очки и два раза хлопнул в ладоши. 

Едва она успела что-то понять, как рисунки ожили: толстый человечек, больше похожий на булочку с корицей, и гонщик подошли друг другу навстречу, улыбнулись и дали друг другу пять. 

– Видишь, моя хорошая, масса и ускорение совсем разные, но дружить умеют, – улыбнулся учитель, – И их дружба называется «силой». Разве не восхитительно?

Да, вроде что-то такое было в формулировке второго ньютоновского закона.

Только сейчас его объяснили куда веселее. Милых человечков и их дружбу запомнить проще, чем формулу с доски.

Масса и ускорение помахали девочке на прощание и вернулись в блокнот.

Тут не было скучно и никто не заставлял зубрить учебники. Можно было в свободном режиме пойти и понадувать пузыри во время лекций о поверхностном натяжении воды. Можно было случайно уронить на пол пластилиновые модельки молекул воды, а потом шутить про «осторожно, мокрый пол» – именно так однажды сделал учитель; они с Тамарой потом даже предупреждающую табличку рядом поставили.

А такие пугающе завораживающие чёрные дыры становились лишь мячиками-попрыгунчиками, которые можно было бросить на космическое одеяло, чтоб те образовали в нём воронку. Будто ты сам управляешь маленькой вселенной, кидая сингулярности в усыпанную блестящими пайетками иссиня-чёрную бездну.