О поправке здоровья

В папке на тесемках с надписью «Дело» и дописанным чернилами номером лежали: справка о том, что Карро действительно сотрудник Подземного Царства с такого-то периода; лист, исписанный всеми переводами Карро, вся его карьера (Азазель отметил, что какое-то время Карро был даже на починке перьев для архивариусов Подземного Царства); справка о прохождении учёбы и вызов на экзамены – скреплено булавкой-черепом (череп лязгал и постоянно хотел браниться, но булавка сдерживала его челюсти на месте, не позволяя разжать пасть; затем – само решение о выдаче права на восстановление эмоциональных сил (по рангу – 1/8, вместимостью в шестнадцать страданий среднего класса); пластиковый номерок (по нему Карро должны были выдать людской облик; карта, где крестиком было помечено место, где Карро должен получить восстановление; талончик с указанным временем и…

–Это что? – не удержался Карро, доставая маленький прямоугольный листочек из какой-то неприятной скользкой бумаги.

–Билет, – пожал плечами Азазель.

–Но он дешевый!

–Всё равно – вычтут.

–И куда он?

Азазель вздохнул:

–Ну там всё будет написано. У вас уже есть время, место и даже билет. Садитесь, езжайте!

–Но…куда? Я же там не восстановлюсь! – Карро в посмертии вытерпел многое, но сейчас не мог понять – неужели нигде нет конца унижениям и страданиям? Неужели нет такого ему звания, такой должности, где на него будут смотреть не как на равного, но хотя бы как на достойного?

–Восстановитесь!

–Одна поездка? Дешевая? Да и где… это издевательство! Это не поправка здоровья, это…

–Восстановитесь, – повторил Азазель очень тихо.

Карро поднялся с места, прижимая к груди папку. Он вышел лишь кивнув, не удостоив Азазеля прощанием.

Но Азазель и не отреагировал. Он очень долго жил на свете и знал, что за одну короткую поездку можно очень много выпить чужой ненависти и чужого гнева, чтобы запитать себя при необходимости.

***

Первым порывом Карро было отказаться и никуда не ехать. Он представлял поездку по восстановлению здоровья долгой, хотя бы пару дней! И где-нибудь в нищие, разобранные войной и голодом страны.

А здесь?..

Второй порыв был – швырнуть папку на пол и разрыдаться. Но это было глупо.