Институт. Часть 1. Правила выживания для одиночек

Железяка валялась вверх днищем: двигательная труба отодрана, из корпуса торчат потроха, и от них валит вонючий дым. Эми сидела на земле с ошеломлённым видом и громко икала.

Ни слова не говоря, они поднялись, перевернули глайдер и поволокли обратно к порталу. Была уже темень, и холодно, и есть хотелось, потому что ужин давно прошёл, и всё болело, и глайдер был страшно тяжёлый — но всё это затмевал мучительный стыд, стоило Эве представить, какое будет лицо у Вэслека, когда он увидит Железяку.

Похоже, что Эми тоже одолевали невесёлые мысли, но они только сопели, и спотыкались, и толкали, и тянули.

Пару раз останавливались передохнуть, но в конце концов упали на медленно остывающий асфальт, спинами к развороченной Железяке, и просто сидели без сил.

Сперва Эва подумала, это ей просто кажется — от усталости шумит в ушах. Но нет, гул нарастал, превратился в рокот, и на шоссе показались огоньки, сперва едва видные, потом ярче. Фары. Эми, вскочив, завопила от радости, замахала вовсю руками, а Эва внутренне сжалась, желая только одного — провалиться сквозь землю.

Но никуда она не делась, конечно, а стояла и смотрела, как приближаются два байка и глайдер. Байки были Нэша и Айрена, а глайдер, когда Эва его разглядела, — ментора Кристена, и вёл его Вэслек.

Они остановились, заглушили моторы. Свет фар, безжалостный после этой темноты, ударил Эве в лицо, и она почувствовала себя как на допросе в заключении.

Вэслек первым спрыгнул с урчащего глайдера и широким шагом подошёл к Железяке.

Обошёл её кругом, ругаясь так, что у Эвы щёки горели.

— Чёрт бы тебя взял! — в сердцах сказал он Эми, когда запас ругательств иссяк. — У тебя что, совсем мозгов нет?! Кто тебя вообще в гараж пустил после того!..

А Эми знай себе шутливо шмыгала носом и ухмылялась вовсю, будто всё это невесть как забавно.

— Да ладно... Не так уж сильно мы его и...

— Не так уж сильно?! Да я его три месяца!.. Да мы эти стабилизаторы!.. — но тут Вэслек наткнулся взглядом на Эву и умолк. Плюнул, склонился над раскуроченной Железякой и глухо бросил: — Айрен с Нэшем вас отвезут.

Я догоню... Эй, Нэш! Оставь второй трос.

— Да не потянет его Кристеновская колымага, — вздохнул Нэш, но трос подал. — Ладно, ты смотри не задерживайся сильно, а то Эллиэрт там совсем с катушек слетит... Ну, вы двое, шевелитесь, поехали!

Настоящее волшебство — мчаться по пустой трассе через прохладную ночь. Но впервые в жизни покатушки не доставили Эве ни капли радости.