Металлический колокольчик

— Я правда изо всех сил попробую, обещаю. Но клянусь, клянусь тебе, что я не понимаю, почему это происходит. Мы никогда раньше не виделись. Как так произошло?

— Это просто случилось. Как самые страшные истории в Тораксе, да? Когда раз, и жизнь становится скомканным катышком на полу. У тебя же такое было?

Мужчина кивнул.

— И у меня было, если честно. Поэтому не относись к такому слишком серьёзно. Это как капля мёда, что упала в огромную смоляную бочку. Запасы кончатся, а темнота и страхи точно никуда не денутся. Но знаешь, даже так, есть что-то в ней принципиально важное и непобедимое, в этой капле мёда.

Моника больше слушала, чем говорила. Признаться, истории у дядюшки были интересными, но зачастую грустными. Когда истории кончились, а объяснять Дузовику было уже нечего, гостьи ушли. Дорога к ворчливому старику и его племяннику казалась уже не такой сложной. Несмотря на местоположение, она вела к месту, куда хотелось вернуться хотя бы ещё раз.

В этот раз они ночевали порознь. Венди проведала отца.

Тот задавал всё те же вопросы, на которые приходилось отвечать надоевшими фразами. Если он не спал, то обычно либо читал, либо просто лежал. Какой-то дар часами просто смотреть в потолок. Отец никогда не включал свет, даже когда шаркал по квартире. Венди он казался кротом, что навсегда устал рыть норы.

Когда крот уснул, она пересчитала деньги. Слегка расточительно, но ни одну монетку не хотелось вернуть обратно. Всё внутри подсказывало, что они потрачены не впустую. Спрятав свои богатства обратно, девушка взяла подаренную книгу и устроилась на своём месте.

Снова пол далеко от ног, снова хоть какое-то ощущение уюта.

Она читала медленно. Ни разу не было так, чтобы получилось проглотить всё содержимое за несколько дней. Абзац за абзацем, но зато внимательно и с пониманием — такое было куда ближе.

На этот раз книга рассказывала о далёком северном мире. Целая история о самом большом во всей вселенной дереве, что росло, растёт и всегда будет расти. Венди никогда до этого не слышала ни о птице, что восседает наверху, ни о страшном чудовище, прячущемся в недрах.

Оно обгладывало корни, но дерево никак не умирало, ведь о нём заботились три женщины, которых и женщинами было сложно назвать.

Венди малость запутывалась, но тогда перечитывала ещё. Эта книга была из категории тех, которые невероятно интересны, но содержание которых нельзя воспринимать буквально. Суть таких рассказов и тайн не имела чёткой формы, поэтому давала шанс воображению.