Металлический колокольчик

Девушка прочитала рассказ ещё раз и запомнила его по-своему. А после этого представила переплетающиеся в серпантине тропы. Заснуть и увидеть не могла — не получалось. Но немного поиграть с воображением — и становились видны широкие тропы божеств, дороги звездопадов и пульсирующей почвы. Дьявол, тот, кто их никогда не видел, даже не поймёт, о чём речь. И правда, Венди не смогла бы описать это другим. Просто дороги, коим нет числа. И всё тут.

Утро было посредственным, но когда она бежала в пансионат, то чувствовала восторг.

Ветер дул в спину и делал тело чуть невесомее. На несколько секунд появилось чувство, что она может прыгнуть так же высоко, как во сне. В нос не били неприятные запахи, а кожа не скукоживалась от холода.

И внезапно ноги будто сами остановились. Венди уставилась на одинокий домишко, где несколько дней назад оставила куклу. Вне всяких сомнений, тот самый подоконник и те самые занавески. Но куклы не было. Было очевидно, что либо её кто-то унёс, либо родители успели занести подарок внутрь.

Хотелось узнать, что же случилось на самом деле. Она на цыпочках подошла к окну, чтобы на секунду разведать обстановку, но внутрь так и не заглянула. Весь ответ таился в аккуратно приклеенном кусочке бумаги на окне.

Тем временем Моника пыталась заумно описать очевидные вещи, увиденные ею. Диссертации уделялось уже не так много времени, поэтому нужно было работать быстрее. Но когда мысли слишком долго не шли в голову, расшатывались и нервы: пальцы барабанили по столу, а ручка вот-вот готова была попрощаться с жизнью.

Но внезапно распахнувшаяся дверь выкинула из головы всё нарастающее напряжение.

— Мон, ты была права! Ты была права! — Венди находилась в порыве чувств. — Это ты дала идею! Получилось!

Та не успела сказать ни слова, как в руках оказалась какая-то бумажка.

— Читай, просто читай, срочно!

Пальцы сжали бумажку за самый краешек, и Моника принялась читать про себя.

«Меня зовут Сайм. Спасибо, что подарили мне друга. Нашей семье сейчас сложно жить.

Но есть и очень-очень хорошие вещи. Теперь мне будет проще не грустить, когда плохо. И вы тоже радуйтесь, пожалуйста. Это для вас».

Под ломкими буквами, выведенными детской рукой, красовался рисунок девушки. Она стояла спиной к морю и держала в руках венок. Всего три цвета, но смотрелось гармонично.

— Видишь, мальчики играют в куклы, — улыбнулась Моника.

— Ты понимаешь? Смотри. Руки дрожат, видишь?

— Это не от старости ведь. Значит, всё хорошо.