Институт. Часть 2. Зеркальщики

Симбионт лежал под простынёй, весь в проводах, и выглядел совершенно нормальным. Ну вот просто человек как человек — и не подумаешь, что у него там синтетические кости и процессор в голове.

— Гэри сказал мне, что он не полностью синтетик, — тихо сказал профессор, будто отвечал ей на не заданный вопрос.

Сарвид Орин нахмурил лохматые пегие брови и отозвался, откашливаясь:

— Нет. Программа была вшита в живой мозг. Насколько мы с Дэверелом можем судить по имплантам, тело так сильно пострадало, что без вмешательства он был бы мёртв.

— Значит, они сделали марионетку из живого тела? Что ж, это в духе ОНИ... чему я, собственно, удивляюсь? Ну, идём, Эва.

Эве было сильно не по себе, и она предпочла бы остаться снаружи — но рука профессора всё ещё лежала у неё на плече, и все вялые возражения застряли в горле.

Когда они вошли, симбионт открыл глаза и повернул к ним голову. Теперь, на свету, было видно, что лицо у него молодое, с узким выступающим подбородком, и губы запеклись. Волосы совсем седые, а глаза — серые, как железо, и пристальные.

Она сглотнула и слегка отступила к профессору, но симбионт улыбнулся.

— Привет.

И голос у него тоже был вполне человеческий, только сиплый. Эва сердито кивнула, а профессор сказал, как ни в чём не бывало:

— Доброе утро, Джош. Хорошо спал?

— Да. Без снов. Как всегда.

— Рад видеть, что ты идёшь на поправку.

Симбионт усмехнулся.

— Да бросьте. По-моему, я... наоборот, разваливаюсь.

— Больше нет. Дэверел ведь решил эту досадную проблему?

— Да... — он неловко шевельнулся — то ли плечами пожал, то ли хотел сесть, но не смог. — Я просто ещё не привык. Вы врач?

— А, я ведь ещё не представился, верно? Зови меня Астен. Нет, я не врач; но их тут тебе ведь и так хватает?

— Это точно.

— Я преподаю в Институте. Ты знаешь что-нибудь об Институте?

— Да, — медленно ответил симбионт; теперь он смотрел на профессора не отрываясь. — Мне рассказывали. Подбираете калек вроде меня?

Профессор приподнял брови.

— Странно видеть, что человек с такими физическими данными называет себя калекой.

— Данные... Это был не я. Не моё тело. Я не знаю... как это получалось.

— Совсем как Эва, не правда ли?

Серые глаза снова обратились к Эве, на этот раз — с каким-то новым, тревожным выражением.

— Она... тоже? Но она же совсем ещё...

— Нет-нет. Эва Наделённая. И она тоже не может объяснить, как у неё получаются удивительные вещи...