Мессир Константин 3: Час гончей

- Как видите, - барон показал на красную печать, - это его кровь. Соответственно, и вскрыть это может только человек одной с ним крови.

- И давно отдал? - уточнил я.

- Почти восемь лет назад.

То есть как раз тогда, когда отказался от меня. Может, там доверенность на меня? Зная отца, несильно удивлюсь.

Домой от гостеприимного хозяина мы вернулись почти к полуночи - с полными желудками оленины и коленями, густо испачканными шерстью его не менее гостеприимного питомца. Глеб, зевая, ушел к себе, я же направился в кабинет, где мог спокойно изучить полученный конверт, и без особых сложностей вскрыл красную печать.

Любой другой, чья кровь не была с ним общей, не смог бы - точнее, смог, но письмо бы рассыпалось на клочки, не дав прочитать ни строчки. Иногда отец присылал такую корреспонденцию дяде, и я видел, что будет, если ее по ошибке откроет не член семьи.

Из конверта выпала пожелтевшая от времени записка, сделанная вовсе не отцовским корявым почерком, а непривычно аккуратным, изящным и явно женским.

“Позаботься о сыне. Мне не дадут его оставить. М.”

Ясно. Видимо, убрал эту записку подальше вместе с мыслью, что надо позаботиться обо мне.

Я еще раз тряхнул конверт, и на стол выпала темная свивающаяся кольцом женская прядь - все, что оставила ему эта таинственная М. Кроме сына, разумеется.

Темнота за окном сгущалась все больше. Немного повертев прядь в руке, я убрал ее обратно вместе с запиской в конверт. Мать Глеба умерла, когда тот был совсем маленьким, и он толком ее не знал - вот и я предпочитал о своей думать точно так же.

Нужна ли она мне сейчас? У меня не было ответа - тем более меня не искало настоящее, лишь преследовало прошлое.

В дверь раздался тактичный, предупреждающий стук, а затем с легким скрипом она отворилась, и в кабинет заглянула Уля в длинном домашнем халате и мохнатых тапочках, принеся с собой сладкий земляничный аромат своего шампуня.

- Собираешься ложиться? - спросила она.

- Уже скоро, - я убрал конверт в нижний ящик стола.

- Может, - лукаво прищурившись, моя прелестница перешагнула порог и закрыла дверь на замок, - тебя ускорить?

Следом она сбросила халатик, оставшись в тапочках и амулете с моим гербом на голое тело. Это и правда значительно ускорило. Не став терять времени, я подхватил ее на руки, сгреб в объятия и унес на кушетку - ближайшее место, где тут можно лечь.

- Пощадите! Пощадите!..