Студент пяти миров

— А что, в декабре двадцать девять дней? Завтра уже первое января?

— Да нет, тридцать один, ты же знаешь, — Ната с нежностью обняла девочку, чьё неуёмное любопытство в итоге и собрало их всех в этот день в Петербурге. — Просто в Ленинграде, где ты была, сегодня как раз тридцать первое. Молодец, садись за стол! — Первая сестра заметила, что все остальные уже рассаживаются.

— Знаете, чем отличается просто еврей от настоящего еврея? — с серьёзным видом начал Исаак Лазаревич. — Над просто евреем мироздание всё время шутит, а настоящий еврей таки сам шутит над мирозданием! — ювелир подмигнул Володе.

— Ты хочешь сказать, что самая-самая настоящая еврейка – это Лань? — рассмеялся маг Воздуха. — Она ведь больше всего и пошутила, и притом самая первая.

— Я не еврейка! — обиженно нахмурилась девочка. — Йа блондинко! Мама Ната, а зачем два стакана хлебом накрыты?

— Память, — лаконично объяснила Первая сестра. — Те, кто уже умер, всё равно с нами.

— Кто первый? — Исаак Лазаревич посмотрел на Юрия и Фаину Александровну.

— Юра, тебе девяносто шесть, если я не ошибаюсь? Хотя с этими шутками мироздания и сам премудрый Соломон не разобрался бы, кто из вас таки старше, — он, будто спрашивая совета, обвёл взглядом остальных собравшихся за столом – Виктора с Натой и Ланью, Ивана с Хомкой, Володю с Мариной, Ларису и Эвелину.

— Премудрый Соломон небось предложил бы: «Раз непонятно, кто самый старший, так пусть говорит самый младший!» — отшутилась Хомка.

— А что, это мысль! — поддержал её Иван. — Лань, скажешь?

— Скажу, — девочка кивнула и привстала, чуть приподняв бокал с соком.

— За память! — произнесла она с неподдельной серьёзностью, доступной только детям.

— За память! — с нескрываемым уважением посмотрел на неё Пелтонен. — А теперь, значит, моя очередь? — он посмотрел на часы, на которых была полночь без каких-то секунд – самых обычных секунд. — Я не мастер красивых слов, поэтому просто поздравлю, можно? С Новым тысяча девятьсот сорок вторым годом!

[1] Перевод Е. Благининой.

[2] А. Бушков, «Другая улица».

[3] До 1943 года звания «сержант милиции» и «сержант государственной безопасности» в СССР соответствовали армейскому лейтенанту.

[4] 9 декабря 1941 года советскими войсками был освобождён Тихвин, занятый немцами за месяц до этого, что позволило значительно улучшить снабжение Ленинграда по «Дороге жизни».

Глава 8. Лисица красная

20 марта – 3 апреля 2011

Из призывных дивных келий,Полны сказочных веселий,Нарастая, упадая, брызги светлые летят.