Покров-4. Ключ

– Ничего, тут уже рядом, – проговорил Гаврил, придерживая Василису за спину.

Ноги всё ещё плохо слушались, но ступать по твёрдой поверхности было куда проще, чем ползти по трясине. Василиса старалась не упускать из вида крестик на макушке церкви, мелькающий среди ветвей.

Не сразу сообразила, что они с Гаврилом так и шли, держась за руки. А ведь когда раньше они так ходили, это казалось обычным, нормальным. Будто бы всё правильно, так и должно быть. Поздновато до Василисы дошло, что она на самом деле к нему чувствует.

Василиса вытащила руку и засунула в карман, где схватилась за Васину бритву, как за поручень при качке.

Только оказавшись на месте Зои и девиц, на неё похожих, поняла, что они чувствовали, и почему так поступали. Но ведь у неё самой совести не хватит кого-то к себе привязать против воли. Пусть уж лучше Гаврил останется с Зоей, зато будет живым и здоровым. Не прикапывать же его в саду под маминым прудиком.

Будто в насмешку над этой мыслью по небу прокатился громовой раскат. Как оглушительный хохот.

По лицу потекли холодные дождевые струи. Смех сквозь слёзы.

Порывы ветра гнули болотные деревца в дугу, срывая с них листья. В лицо летели колючие травинки и пыль.

– Надо где-то переждать, – произнёс Гаврил, поворачиваясь спиной к ветру.

Василиса, прикрывая руками лицо, осматривалась. Они уже дошли до церкви, но она наверняка заперта. Не зря же молебен служили на улице.

– Давай туда! – махнул рукой Гаврил.

Следом за ним Василиса побрела к старым тёмным деревянным стенам, видневшимся среди деревьев.

Ветер хлестал в спину потоками холодной дождевой воды и швырял оторвавшиеся от деревьев ветки. Не чувствуя ног, Василиса топала, как робот. Очень хотелось принять горизонтальное положение и хоть немного расслабиться. Желательно, чтобы при этом вокруг было сухо. И никаких стонущих живых мертвецов.

Наконец они добрались до какого-то бревенчатого строеньица. Обошли кругом, и Гаврил толкнул старую дверь. Та легко отошла и впустила их в тёмные сени, приятно пахнущие прелой древесиной и землёй.

Только войдя, Василиса сразу же опустилась на пол, уперевшись руками старые помягчевшие от времени доски. Даже легла на бок, подтянув онемевшие ноги и руки. Снаружи шумел ветер, громыхали раскаты и во всю хлестал ливень.

А здесь хотя и темно, и прохладно, зато сухо и нет трясины. И никаких связанных Зой тоже нет. Некого спасать.

Глава 17. Салки с покойниками

Василиса открыла глаза. Она так и лежала на боку в каком-то тёмном деревянном доме.