Покров-4. Ключ

В открытую дверь проникал серый блёклый свет. Что-то громко шуршало. Ах да, это же дождь. Так и льёт, как из ведра. Ну и прекрасно.

Кругом темнота. Ну, кроме дверного проёма. И непомерная усталость. Они, кажется, спасли очередную Зою. А толку? Их-то знакомая так и лежит в Покрове в состоянии чёрствого пряника. Хотя всё ведь ради неё затевалось.

Да, всё ради Зои. Столько народу для неё одной старается. Остолбеневшей красавицы. Ну, не то чтобы прямо уж красавицы, скорее на любителя.

Хотя любитель-то как раз нашёлся. Кстати, где он?

Василиса приподнялась на локте.

Повернулась. Гаврил сидел на полу, обхватив руками колени, и смотрел на дождь. Затрещал Василисин телефон. Гаврил обернулся на звук.

Кое-как сев, Василиса достала смартфон. Оказалось, звонила мама.

– Ну, как у вас там дела? – спросила мама, явно что-то скрывая за кажущимся спокойствием.

– Нормально, – сходу солгала Василиса. Хотя в последнее время беготня по болотам и игры в салки с покойниками стали нормой, так что никакого вранья тут нет. – А у вас что нового?

– Там Зоина бабушка рядом?

– Нет, – протянула Василиса, ощущая странное волнение.

Если с Зоей что-то стряслось, скандала не миновать. А то и чего похуже. – Я не знаю, где она. Ушла куда-то.

– Жаль, мне бы лучше с ней поговорить.

– Да что случилось-то? – потеряла терпение Василиса.

– Чего ты кричишь, – с упрёком произнесла мама. – Всё в порядке. Даже лучше.

– Это как? – удивилась Василиса, почувствовав стыд за пустое раздражение.

– Ладно, тебе первой расскажу. Бабке потом передашь.

В общем, я тут зашла к ним, как и обещала. Ну, осмотрела Зою. – Мама хмыкнула. Понятно, осматривать Зою в таком состоянии мало кому приятно, даже опытному врачу. – Так вот, я ей на палец надела сатуратор, и он кое-что показал. У неё пульс появился. Правда, очень редкий, всего пара ударов в минуту, и те еле прослушиваются. И не каждый раз. Да, ещё она, кажется, задышала. Но слабо и очень медленно.

Мама, очевидно, ждала реакции.

– Ну, это круто. Наверное. – Василиса вообще не ощущала никаких эмоций.

– Н-да, лучше-то и не скажешь, – сухо заметила мама.

– Да я просто устала.

– Это чем ты там таким энергозатратным занимаешься? – подозрительно спросила мама.

– Ну, мы этой, господи, как её… – Василиса даже зажмурилась, чтобы вспомнить сложное имя. – Октябрине… этой…

– Леонардовне, – шёпотом подсказал Гаврил.

– В общем, по дому ей помогали. Она же одинокая.

– Вот видишь, как трудно в одиночку тащить целый дом, – поучительно произнесла мама.