Институт. Часть 4. Прыжок веры

Эва проскользнула мимо неё и сунулась было за угол, но тут же отпрянула: по переулку шли, заглядывая в окна, двое в серой форме. И в руках у них было оружие.

Эмма, вне себя от страха, снова уцепилась за неё.

— Пожалуйста, пожалуйста, уходи! Я попробую задержать их, но… Эва!

Но Эва вырвалась, перемахнула невысокий забор и помчалась в обход. До неё наконец дошло, что могли значить слова «они знают, где его искать».

Она влезла в дом через окно. Первым делом надела куртку и рюкзак, а потом отбросила в сторону одеяло и потянула бродягу за руку.

— Вставай и бежим. Давай, скорее, бежим, иначе они нас найдут!

Поначалу он только моргал спросонья, но послушно поднялся и захромал следом. Эва не знала, надолго ли его хватит с такой дырой в ноге, но боялась, что ненадолго. И подозревала, что в тот миг, как нога ему откажет, их обоих можно считать покойниками. Себя она не переоценивала и знала, что не протащит его и нескольких метров.

Она ничего не знала. Сколько их, какими путями они идут, собираются ли окружать стройку или уже окружили, и в какую сторону теперь бежать.

Впрочем, выбор был невелик: отсюда было два пути — в квартал Лудильщиков и в Рухлядь, и первый был отрезан.

Бродяга наконец почувствовал её волнение.

— Эва? — сказал он вопросительно, но Эва зашипела на него:

— Тш-ш! Молчи!

Они шли мимо брошенных недостроенными домов, и у Эвы волосы на голове шевелились, так она боялась преследования за спиной. Она как раз в тысячный раз оглянулась, обегая взглядом щербатые стены, как вдруг прямо впереди, в переулке, раздался крик, и почти сразу — выстрел.

Эва одеревенела от ужаса и, скорее всего, так и стояла бы там, пока не превратится в решето, но, к счастью, бродяга оказался сообразительнее. Он просто сгрёб Эву в охапку и потащил прочь, будто куклу, не обращая внимания на простреленную ногу. Они свернули в переулок, где Эва никогда не бывала. Мимо тянулся забор, потом пропал из виду, и они нырнули в темноту. Эва успела понять только, что это один из недостроенных домов; в следующую секунду бродяга без церемоний запихнул её под какие-то толстые трубы.

— Стой! — в ужасе зашептала Эва, цепляясь за его рукав. — Стой, стой, нам надо уходить!..

Но он зажал ей рот рукой, на мгновение прислушался и исчез. Сперва Эва слышала его шаги, потом они стихли, и их сменили другие, медленные и тяжёлые. Эва забилась как можно дальше, в самый угол, и сжалась там в комок, стараясь не дышать.