Нивей и Аурей (Белый и Рыжий)

- Ох-хо-хо, - думал, прислушиваясь, Аурей. - Какие странные, однако, мысли, посещают этих женщин. Мне бы такое и в голову не пришло. Но не есть ли это то, искомое, ради чего Господь отправил нас на эту землю? Как бы знать наверняка...

Глава 11. . Его последняя охота.

Тем временем жизнь кипела и в других районах славного города Каки.

Что не удивительно, ибо жизнь есть процесс боговдохновенный, а значит, имеющий все предпосылки и стимулы для буйства и цветения.

Черная тойота Виталика, пропетляв по городу, выбралась, наконец, на длинную и пустынную дорогу, ведущую к морю, ту самую, вдоль которой путешествовали некоторое время тому ангел Рыжий и ангел Белый.

Солнце, жарившее неимоверно весь этот длинный день, и теперь не ослабило своих усилий, отчего пейзаж за окном казался оплавленным. Но в самой машине работал кондиционер, и пассажиры авто температурного дискомфорта не испытывали.

За рулем находился тот самый полицейский, которого судьба угораздила поучаствовать во всех описываемых событиях.

И, надо полагать, его испытания в этот день еще не закончились.И он, словно предполагая, что так оно и будет, был сосредоточен и внимательно следил за дорогой. 

На заднем сидении машины находились ее хозяин Виталик и хозяин более крупного масштаба, мэр города Опивкин. Их судьба в этот день слегка потрепала, и они, почему-то надеясь, что уже все, что ничего больше не случится, решили взять тайм аут – от греха подальше -  и расслабиться, и уже пили виски, поочередно прикладываясь, прямо из горлышка, без закуски.

Напиток был хорош, как иначе, но главное - крепок. Потребляли его тоже крепкие парни, потребляли молча,  и только тянули после глотка в себя сквозь зубы воздух, как Майкл Дудикофф в каком-то вестерне, и, сверкая глазами, протягивали бутылку другому.

Пили, не пьянея, но лишь отгораживаясь стеной хмеля от реальности.

Напрасная затея, ведь реальность - это мы сами.

- Что за непруха! - после очередного глотка вколотил, словно сваю, прямо в пространство вопрос мэр.

Он задал его самому мирозданию, он требовал ответа. И, как он понимал, имел на ответ право.

- Сам удивляюсь! - откликнулся Виталик. Заданные масштабы общения его не пугали, он соответствовал, он принадлежал.

Господин Опивкин, выпятив челюсть, тяжело и мрачно взглянул на  собутыльника.

- Да я же тебе рассказывал, - ответил Виталик на взгляд мэра, - весь день эта ерунда.