Нивей и Аурей (Белый и Рыжий)

Отстранив дочь в сторону, она подошла к изголовью и дрожащими пальцами закрыла глаза ее отцу.

- Что с ним? - все еще не понимала Нинель. - Он что? Умер?

Жанна опустила голову.

- Вот и познакомились, - сказала она.- Надо звонить участковому.

- Я не могу! Я пойду отсюда! - вскричал Рыжий. Ангелы, конечно, последовали за людьми в сарай и присутствовали при последней сцене. - Это же надо, какие страсти! Вот тебе и Каки!

- Ступай, ступай! - отпустил друга Нивей. – Проветрись. А то что-то ты раскис совсем. А я останусь пока, здесь и кроме тебя кое-кому помощь требуется.

Говоря так, он указал на ангелочка, который по-прежнему сидел на спинке кровати. В руках он держал вновь освобожденную душу и, похоже, не знал, что с ней делать.

- Вот и ты, - шептал он ей. - И это славно, что ты снова здесь. И что теперь мне не придется совмещать обязанности. Но что с тобой делать дальше? Ты потерпи, потерпи, мы все решим.

- А дети у него были? - спрашивала Нинель у матери, позже, когда они вновь сидели за столом во дворе, дожидаясь приезда участкового.

- Ну, кроме меня? Наверное, кто-то есть.

- Есть, как же. Это сынуля его так и отделал, - сообщила мама Жанна. - Теперь сядет, наверное, надолго. Так что держись от него подальше, от такого родственника. Тебе теперь есть о ком заботиться.

- Как странно, - сказала Нинель задумчиво. - Бог дает одно, и тут же забирает другое. Ну, почему он не может сделать так, чтобы все были счастливы, чтобы всем всего хватало? Ведь он мог бы так устроить, это в его власти?

- А ему совсем не важно, чтобы люди жили хорошо, - сказала мама Жанна твердо.

- Для него главное - чтобы они помогали друг другу. Чтобы любили друг друга, не смотря ни на что. Но тут у него что-то не клеится. Ошибка какая-то в конструкцию человека закралась, и эта самая железа, которая отвечает за любовь и за душевное тепло, она есть не у всех. А чтобы вырастить ее самому, нужно изрядно потрудиться. Беда в том, что многие даже не понимают, зачем это нужно, ведь прямой пользы от нее, от железы, никакой. Казалось бы...

- Ты, мама, прямо святая... - сказала Нинель. - Тебя так и называют. Не знала?

- Господь с тобой, какая святая! - отмахнулась мама Жанна. - Святые о себе не помнят, для других живут. А я так не могу. Слишком я себя люблю.

- Вот и я тоже, -откликнулась Нинель. - Теперь придется любовь пополам делить.

- Ничего, - успокоила ее мама Жанна, - от этого она становится только сильней. Любовь для одного не бывает, ей пара нужна.