Ангелы, кошки, чудеса

К тому же, эти мелочи быта простых смертных порождали в его душе, такой чистой, зависть к тому, чего у него не было и не могло больше быть.

В такие минуты, когда ветер выдувал из головы все ненужные мысли и тревоги, на смену им приходили совсем другие. Ангел словно забывал, что он — ангел. Он думал он том, кем был до того, как стал тем, кто он есть. Каким он был человеком? Ведь был же он когда-то человеком? Откуда-то же берутся ангелы?

Наверное, у него тоже была семья, а может даже — ха-ха — и кошка! Кто знает? Была работа, хобби, друзья.

Когда кончики его перьев совсем индевели и уже не могли нормально регулировать полет, а расцарапанное крупой лицо багровело от холода, ангел неровными кругами спускался на рябину. Расчищал себе место и садился, укутав тощие птичьи лапки полами пальто. В отличие от своего наставника, он все еще не разучился мерзнуть. Впрочем, это была не единственная слабость, от которой он не избавился.

Например, ему не требовались ни сон, ни пища, но он питал присущую всем ангелам слабость к подмороженной рябине. Срывал ее с грозди по ягодке и крупно надкусывал, наблюдая с высоты, как над ярмарочной площадью разгорается рассвет.

На ветку рядом приземлилась птица — чем-то очень похожая на ангела, с серыми в черные крапочки крыльями, белой грудкой и рыжей полоской на шее. Оба с минуту с интересом друг друга рассматривали, а затем птица склонила головку набок и прощелкала:

— А ты какая птица?

— Я не птица, я ангел, — в доказательство ангел развел руками, демонстрируя свое тело.

— Не больно-то ты похож на ангела, — птица клювом приподняла полы его пальто, и ангел возмущенно запищал, едва не завалившись лапками кверху, — снизу птица птицей.

— И много ты видела ангелов?! — пробурчал тот, приглаживая пальто.

— Хм, резонно, — согласилась птица, — вообще-то, ни одного. Но если у тебя есть крылья, то ты птица — вот, что я знаю! У котов нет крыльев, поэтому они коты.

— Ну, знаешь, крылья есть далеко не только у птиц! — ангел сердито скрестил на груди руки. — А ты кто такой? Воробей?

— Я — дрозд! — теперь пришел черед возмущаться уже птице. — Я живу на этой рябине!

— Ну уж прости, я не орнитолог!

— Да, ты ангел, — согласился дрозд, — я это уже понял. Я же не глупый. Хоть и птица.