Последнее слово

Он снова принялся писать, но теперь его рука дрожала ещё сильнее.

...В получасе ходьбы от его дома на пути одинокого мужчины в кожаной куртке выросло несколько теней. Двое шли ему прямо навстречу, ещё двое заходили с боков.

- Эй, парень, закурить не найдётся? - раздался хриплый голос, о котором Фэйрин успел подумать, что он и так изрядно прокурен. В любом случае, времени на объяснения у него не было. Он чувствовал, что рассказ проклятого человека близится к концу, и времени у него почти не осталось. Он вытащил руку из кармана: кинжал по-прежнему был в ней.

Он уловил пару обеспокоенных возгласов, но три тени из четырёх продолжали надвигаться. Хладнокровие не изменяло Фэйрину: это были всего лишь люди. Дело не должно было занять и минуты...

* * * * * * * * * * * * * * *

...Серии молниеносных ударов сменялись резким затишьем, нарушаемым лишь скрипом скрещенных мечей и стиснутых зубов. Бесстрастность Фэйрина проявлялась во всём, включая стиль боя. Мастерства ему было не занимать, однако дрался он слишком расчетливо и осторожно.

Лириэн же словно не боялся пропустить удар, поэтому всё сильнее теснил противника, хотя зелёный наряд кое-где уже окрасился алым.

Мечи сцепились в очередной раз, и лица бойцов оказались совсем близко друг к другу. Лириэн на выдохе бросил:

- Зачем ты так поступил со своей сестрой?

- Так было лучше для всех, - идеально ровным голосом ответил Фэйрин и резким движением отбросил клинок Лириэна. Тот замер в шаге от врага, готовый к новой атаке, и воскликнул:

- Лучше для кого? Что ты ей говорил - что только её брак с Тёмным предотвратит войну? Нан-Элломин уже не угрожает нам, я нёс городскому совету вести об этом! Впрочем, уж ты-то должен был знать!

- Я знаю, - сказал Фэйрин; он говорил и наступал одновременно, ничуть не сбивая дыхания.

- И это лишь ещё одна причина, по которой тебе нельзя появляться в городе. Адениль выйдет за Тар-Каладона, и все будут восхвалять самоотверженную деву... и её брата, который нашёл наилучшее решение конфликта. Да-да, именно он, а не безродный странник, давно забытый в собственном городе.

- Неужели ты думаешь только о себе? - воскликнул Лириэн.

Фэйрин нанёс мощный удар, который едва не стал последним в битве:

- Я думаю о своём городе! Под моей рукой он богатеет и процветает! Так будет ныне и вовеки, и я не позволю никому разрушить наше единство!

- Нет, - проговорил Лириэн. - Никакое деяние не может считаться благим, если путь к нему лежал через ложь.