Квартал

Сапоги приближаются к кровати, на неё кто-то грузно садится, вызывая короткий скрип поперечных перекладин под матрасом. Запах табака и вощеной кожи становится сильнее. Пьеро задерживает дыхание. Удача к нему сегодня определенно не благосклонна.

Мальборо сидит почти неподвижно, как статуя. Кажется даже, что он заснул, но снизу сказать этого наверняка нельзя. На пол осыпается сигаретный пепел. Квартирант осторожно выдыхает и вдыхает снова, проверяя оставшийся в рукаве с момента отпирания двери нож.

— Вылезай, — сипло предлагает Мальборо, закидывая ногу на ногу.

Пьеро старательно делает вид, что его вовсе нет под кроватью и вообще в этой комнате.

— Да вылезай же, — повторяет ковбой, — Я все равно знаю, что ты там. А доставать сил нет.

Пьеро нервно сглатывает. Мальборо поднимается с кровати и отходит к стене, освобождая путь. Пьеро осторожно выползает и быстро встаёт с пола, сходу раскрывая нож. Мальборо наблюдает за ним сквозь очки почти с интересом. Куртка и кожаные штаны его испачканы в пыли, волосы спутаны, местами в них застрял мелкий сор, словно ими подметали пол.

— Не собираюсь я тебя потрошить, — тихо говорит Мальборо, демонстративно разводит руками, — Сомневаюсь, что в этом есть смысл.

— А тебе всегда нужен смысл? — саркастично интересуется Пьеро.

— Наверное нет, — задумчиво отвечает Мальборо, опираясь о подоконник и проминая тяжёлые шторы, — Но сейчас мне нет нужды тебя резать.

Пьеро нервно косится на его руки, пытаясь сделать выводы из туманной фразы. Как бы то ни было, а от Высокого Люда всегда жди беды…

— Ты никогда не задумывался о том, зачем все это, а? — вдруг спрашивает ковбой, раскуривая новую сигарету.

— Что — «это»?

— Квартал, Дома, Хозяева… Передел?

— Понятия не имею, — подумав, отвечает Пьеро.

Но Мальборо словно не замечает его ответа, — Вот начерта было создавать такое место… Свободное, значит… Чтобы все равно кому-то приходилось ползать и пресмыкаться, а? Почему бы просто не устроить нормальный порядок, как в Муниципалитете? — он смеётся хрипло и как-то тоскливо-горько.

— Чтобы каждый поступал, как может, — осторожно предполагает Пьеро, — Если может ползать — пусть ползает. А если может летать…

— А ты, наверняка, летаешь, значит?

— Почему бы и нет, — скромно пожимает плечами квартирант, не забывая следить за чужими руками.