Встретимся в раю, дорогой

Это была освещенная редкими фонарями улица, не слишком широкая, мощеная булыжником. Мостовая выглядела отремонтированной, видимо, за ее состоянием следили. Камни масляно поблескивали в свете немногочисленных огней и по виду походили на гранитные. Ну, ясное дело, чем еще мостовые мостить? Не песчаником же. Значит, где-то есть и карьеры, каменоломни, все подмечал Сан Саныч.

Дома по обеим сторонам улицы стояли не выше трех этажей, во всяком случае, на видимом ее отрезке. Внизу располагались магазины, не слишком часто, кое-где.

Но все витрины были ярко освещены, вывески светились и мигали зеленым, красным, синим. Их блики по мостовой рассыпались разноцветной паутиной. Значит, хозяева лавок и заведений не опасались за свое имущество так, как обитатели глухих дворов. Тоже странно.

Туман сеялся с неба, приглушая и размывая огни, делал их матовыми, струящимися, ускользающими. Сан Саныч готов был предположить, что текущее местное время – семь-восемь часов вечера. Ну, может, чуть больше, но не позже девяти, подумал он.

Неужели, здесь постоянно так? И они никогда не видят солнца? Утро что, отменили? Бр-р-р!

Они – он имел в виду тех редких прохожих, которые торопливо двигались вдоль улицы в отдалении. Да, прохожие здесь имелись, и вполне обычные с виду, а вот транспорта не наблюдалось никакого. Наверное, его и не было. Не нужен? Да и зачем, если есть портуны. Лошадки в Лимбе, видать, тоже не водятся, как и кошки, собаки и другие животные, так что.

.. Хотя, с чего он взял, что не водятся? Все может быть. Вот сейчас как выскочит из подворотни конная полиция!..

Он представил на миг, как выглядели бы на этой улице всадники и экипажи, как гремели бы по мостовой колеса, как цокали копыта... А что? Вполне!

Высокая фигура Худодо маячила уже далеко впереди, и Сан Саныч бросился его догонять. Пробегая мимо освещенных витрин, он с любопытством заглядывал в них, желая на ходу высмотреть что-то интересное, но слишком быстро несся, слишком быстро.

На такой скорый взгляд, вполне обычная картина: товары на полках, скучающие продавцы за прилавками. Лица и те... аутентичные. В смысле, подходящие, во всех отношениях.

Надписи на вывесках он, кстати, понимал легко, только некоторые слова на них встречались необычные. Например, если «Бакалея», «Колониальные товары» или «Гастроном» он воспринимал без усилия, на подсознании, то «Довгвиллова консультация» или «Окно милосердия» – не очень.