Ускользающий город. Инсталляция

- Скажи, Гош, ты нам сколько песен принёс? – подлила ему из чайника Лейла.

- Да, Гыгыша, скажи! – поддакнул Миша, схлопотав от неё локтём в ребро.

Исполнитель скуксился, но от живого интереса, который источала Лейла, подрастаял.

- Четыре…

- Ого, это ж почти альбом! Над сколькими ещё работаешь?

- Десятью.

- Ничего себе!..

Вот так, два шага вперёд, один шаг назад, Лейла рассеивала пар между этими двумя. Обращаясь то к Гоше, то к Мише, она вытягивала из них все более пространные фразы, чтобы затем, незаметно для самих творцов, заставить их друг с другом общаться.

Гриша на своём диване слушал и удивлялся, с каким жаром два непримиримых космоса принялись обсуждать возрождение великого русского шансона.

- Может, шансон действительно всё?.. – тоном больного признания просипел вдруг Гоша.

Творцы махнули остатки чая. Миша подтянул к себе стул новоявленного Гриши и взвалил на него свои длинные ноги.

- Так захренячь такую прощалку, чтоб сты-ыдно не было!

Процесс пошёл полным ходом, хоть и несколько разреженно, как это обычно бывает после грозы.

Новоявленному Грише показалось, что он ощущает некое новое неудобство. Нет, остальным оно не мешало - все настолько сосредоточились на музыке, что не обратили бы внимание и на ядерную бомбардировку. Миша самозабвенно колдовал над пультом, Лейла мягко направляла порывы Гоши, Гоша драл глотку и струны… Нет. Неудобство испытывал сам Гриша.

Поначалу оно казалось иллюзорным, как игры разума в темноте, когда что-то привидится, но исчезает, стоит задержать взгляд.

Гриша поёрзал на месте и осознал, что дело как-то связано с затылком. Как же это называется?.. Он напряг всю свою скудную память, напоминая тех несчастных, кто в поисках источника зуда прочёсывает руку целиком.

- Сквозняк!

Гриша пересел туда, где лежали сигареты, на место пакета с лапшой… Тщетно. Настырный ветерок доставал его везде. Он собрался спросить у хозяев, можно ли передвинуть диван, но понял, что в лучшем случае это будет бесполезно. В худшем - собьёт их с творческого полёта.

Самый обычный мужчина попробовал отойти, но ветер настигал в самых неправдоподобных местах.

Тогда Гриша принялся исследовать стену за спинкой дивана. Наводка по ветру привела в тупик. Сквозило будто отовсюду, мелкими, сетчатыми потоками, сифонящими сквозь плотную структуру камня. Наощупь стена была как… стена – прохладная, чуть неровная из-за криворукости строителей. Когда пальцы соприкасались с её поверхностью, сквозняк пропадал, ещё больше запутывая поиски.