Лайон Нейгард и предвыборный заговор

– Но что делала Эллимайна в борделе? Она же по мальчикам?

– Я тоже так думал, - согласился эльф. Он принял бокал, резко осушил одним глотком и так скуксился, как не делал за всё время обработки ран. – Что это за отвратительное пойло?!

Лайон уставился с оскорбленным видом.

– Лучшее вэйринское виски…

– Ослиная моча! – выплюнул свою рецензию Харрик и отдал Лайону недопитое.

– Сомневаюсь, что ты в этом что-то понимаешь.

– Мне не нравится. И этого достаточно.

Они переместились в гостиную. Лайон указал Харрику на кресло, сам же лёг на диван.

В голове шумело множество мыслей.

– Ты уверен в своём информаторе?

– Да. Он был мне должен.

Лайон повернул голову и внимательно посмотрел на эльфа. Не было похоже на ложь. Значит, информации верить можно. Неужели они с самого начала были не правы насчет Эллимайны? Но Триандл с такой уверенностью говорил про ухаживания со стороны разных эльфов… Да и дочь она явно зачала от человека мужского пола. Не может быть, чтобы она ходила в бордель к девушке.

– Кто эта Шанна?

– Человек.

Молодая. Не знаю, насколько симпатичная. Не проверял. Я думаю, тебе стоит её расспросить, Нейгард. Шлюхи, порой, знают гораздо больше супругов и родственников.

– Человек, - вслух повторил Лайон.

– Я оставлю тебе адрес этого заведения. Когда придёшь, скажи, что ты под протекцией Тандельеда. Иначе тебя не пустят.

Лайон уставился в потолок. Новости Харрика сбили с толку. Он отчего-то совсем не хотел тянуть за эту ниточку. Ехать в бордель, трясти какую-то девчонку. А вдруг это подстава? Вдруг Харрик сдал его «Эламис»?

– Откуда твой друг узнал об Эллимайне, если бордель кичится своей конфиденциальностью?

– Этого я не знаю.

Друг мне не ответил.

– Он мог соврать тебе.

– Я слишком хорошо его знаю. Ты ведь доверяешь своим друзьям?

Лайон подумал, кого мог бы назвать своим другом. Ну, кроме Сэнвелла. Он – почти семья. Слок? Хотя они вместе изредка выпивают в баре, Лайон мог бы назвать Эдварда лишь союзником против преступности Бёрка. Саманта его отшила. Нельзя дружить с человеком в одностороннем порядке, потому что дружба – это совместное движение друг к другу.

А больше и некого.

С тех пор, как Лайон погрузился в расследование исчезновения родителей, он постепенно растерял всех, кого мог бы назвать друзьям. Кто-то уходил сам, не в силах вытащить парня из скорлупы, а самых надоедливых разогнал сам Лайон. Все, с кем он поддерживал какие-то отношения, отказались от него за последние годы. И Лайон долго никого не подпускал.