Грошовые фантазии

Мэр злорадно посмотрел на потерявшего дар речи чародея и пригласил всех следовать за собой, прикидывая на ходу, сколько свободных номеров в «Грандхольме» еще осталось, и кого куда можно будет поселить.

Раннее утро выдалось хмурым, с легким дождиком. Несмотря на погоду, шеридановские верфи осаждала толпа любопытных, с рассвета дожидаясь, когда «Инфанту» вывезут из дока и отправят на площадь. В порту спешно готовили и отправляли в небо аэростаты альвов-погодников – призвать океанский бриз и разогнать тучи и дождь.

На площади, над местами для почетных гостей и участников на всякий случай сооружали тент. Рабочие ворчали – им хотелось присоединиться к толпе.

Торги должны были начаться в полдень. Однако у ворот верфи народ начал собираться затемно: по одному-двое люди подходили, вставали по обе стороны от дороги, по которой повезут яхту. Дети и подростки оседлали близстоящие деревья и фонарные столбы в стремлении увидеть как можно больше. Джентльмены и дамы, полагавшие, что им не к лицу выказывать недостойное любопытство, прогуливались под зонтами, а кое-кто и с собаками, делая вид, что совершают утренний моцион.

К девяти часам прибыла городская милиция, встав в оцепление. Толпа недовольно заворчала, когда людей оттеснили на обочину дороги, но расходиться, невзирая на настоятельные, переданные через рупор приказания командира оцепления, не собиралась. Через четверть часа принесли и выставили столбики с веревками, и милиция выстроилась вдоль столбиков, строго следя за тем, чтобы никто из горожан и иноземцев не выходил за установленную границу.

Наконец, в половине одиннадцатого, ворота верфи со скрипом разошлись, выпуская две шеренги дворфов с канатами в руках. Люди затаили дыхание. Наступившую тишину нарушали только шорох ветра в ветвях, да весеннее чириканье птиц. Из железных створок самого большого ангара выплыло нечто. Нечто, укрытое огромным покрывалом из белой парусины, под которым угадывались очертания корабельного корпуса и три мачты, плыло, не касаясь земли.

Казалось, что бородатые карлики тянут канаты, исходящие из-под покрывала, не прилагая усилий. Белое облако парило над землей, легко и невесомо.

По толпе дружно пронесся единый слитный вздох восхищения. Как и во всяком уважающем себя порту, проживающие в нем жители просто не могли не разбираться в погоде, мореходстве и кораблях. Обмануть их парусиновым покровом было сложно.