Грошовые фантазии

– Этот… простите меня, тип заявил, что, дескать, инженеры прекрасно справятся без него, а в том, чтобы ничего не потерялось, он вполне полагается на меня. А ему самому некогда, занят другим проектом. Я был вынужден отложить все дела и сопровождать тролловы ящики и гоблинов-рабочих!

Мэру не оставалось более ничего, кроме как предложить посреднику номер в своей гостинице. Разумеется, за счет заведения. Ле’Ретифф долго и многословно благодарил, отказался от совместного ужина и на следующее же утро уехал в порт, дабы вернуться на материк за следующей партией груза.

Сборка длилась вторую неделю, когда Ле’Ретифф привез, как он выразился, «сердце «Инфанты». Рерайт сунул было нос в спецификации, но запутался в терминах на втором абзаце. Рыжий франк, посмеиваясь, пояснил, что речь идет о магическом кристалле, вроде тех, что используют маги для фокусировки энергии, но гораздо больших размеров, и выращенном искусственно, в особых условиях, для придания дополнительных свойств. Каких? О, большой секрет. Месье Трисмегист вообще предпочитает держать все в тайне до последнего момента.

Выгрузка кристалла проходила под наблюдением трех альвов, двух чародеев из Магеборга, Ле’Ретиффа и самого Рерайта. О том, чтобы оставить без присмотра столь ценный груз, не могло быть и речи. Кроме того, мэра снедало совершенно детское любопытство. Помимо сопровождающих, для обеспечения безопасности, в порт была направлена городская милиция: двенадцать человек оцепления и шесть – охрана, в парадной форме темного сукна, экипированная паровыми ружьями и кожаными лакированными каскетами.

Выгружали ящик с кристаллом шестеро дворфов, каждый из которых был способен поднять вес вдесятеро больший собственного, одетых в блестящие полированные доспехи, сработанные из мелких чешуек так аккуратно, что броня казалась цельнолитой, без стыков и соединений. Карликам она, похоже, нисколько не мешала. Согласно пояснениям рыжего, это была защита от магического излучения кристалла, чрезвычайно вредного для здоровья физического и душевного любых разумных существ.

- Именно разумных? – недоверчиво осведомился Рерайт. Два чародея одновременно величаво наклонили головы, зарывшись подбородками в высокий стоячий воротник белоснежных рубашек. Рерайт искренне их пожалел: он до сих пор помнил, как натирают шею жестко накрахмаленные воротнички-стойки. Сейчас мэр, благодаря сменившейся моде, мог носить мягкий отложной воротник, но магический этикет таких вольностей, видимо, не позволял.