Демоны тоже могут ошибаться

— Не трогал говоришь, а стул кто подставил? Невидимка? — Сережа молчал, а Михаил вышел из комнаты, и через несколько секунд вернулся с пылесосом. Включил шнур в розетку, и подтолкнул пылесос ногой к сыну. — Давай, прибери здесь, а мне надо ужин доделать.

Рука нещадно болела. Кровь уже не текла, но прижатое к пальцам полотенце было все в бурых пятнах. Мясо жалко. Мужчина придирчиво оглядел куски, затем схватил дуршлаг, забросил в него мясо и поставил под воду. Ничего, немного промыть, и все в порядке.

Если бы несколько лет назад Михаилу рассказали, что он, экономя деньги, будет мыть забрызганное своей кровью мясо, он рассмеялся бы в ответ.

Но так было давно, как будто в другой жизни.

Из гостиной доносилось мерное гудение пылесоса. Михаил включил мультиварку, закинул помытое мясо, и пошел к сыну.

— Ну что, убрал? — Сережа, как заведенный, водил щеткой пылесоса по ковру. — Сынок, давай помогу, а то ты дыру в ковре протрешь.

Михаил только было протянул руку, чтобы забрать трубу пылесоса, как в тот же момент сын вздрогнул и словно очнулся.

Застывшим, ничего не выражающим взглядом, он смотрел на отца, затем губы его затряслись в беззвучном смехе, а тело прошила дрожь.

В углу мелькнула тень, и резко стало тихо: пылесос выключился сам, часы перестали тикать, а сын только открывал рот и трясся, не издавая ни единого звука. Михаил схватил ребенка на руки и побежал в ванную. Там он включил горячую воду, чтобы комната наполнилась паром, и стал быстро раздевать ребенка. Сережа смотрел на него широко раскрытыми глазами, и продолжал открывать рот, как будто хотел что-то сказать, но не мог.

Через несколько минут, когда ванная комната стала напоминать парную в бане, Михаил открыл кран с холодной водой на полную мощность, и засунул сына под струю. Постоянно переключаясь между теплой и холодной водой, он смог привести ребенка в чувство. Сережа перестал трястись, закрыл глаза и пробормотал: «Все, папа, закончилось, я дома».

Михаил выключил воду, накинул сыну на плечи халат, и упал на колени.

Сил не было, он выдохся. Сережа так и стоял на полу ванной в халате на голое тело, пока отец не пришел в себя. Этот ритуал был знаком обоим почти с самого рождения Сережки. На сегодня все неприятности для них закончились.

Наши дни. Седьмой.

Седьмой скорчился в углу. С его высоким ростом и длинными рогами сделать это было практически невозможно. Но он постарался. Как бы ему хотелось прислать сюда слугу, но Повелитель запретил.