Станция "Самосуд"

Маячащее впереди здание вокзала отчего-то успокаивало, словно даря чувство освобождения. Однако это ощущение не продлилось долго. Стоило девушке ступить под своды иронично величественного здания, посостязаться с которым могла лишь ратуша, если не брать в расчет академию, тревога взяла свое. Воспоминания еще были слишком свежи. Каждый нерв внутри верещал об опасности, подбрасывая картинки обвалившихся балок, черного дыма и вездесущего пламени. Мерзкое чувство, словно органы пытались оказаться ближе друг к другу, а лучше просто сжаться в единое месиво, остановило Риду у самых дверей.

Зал ожидая был почти пуст. Лишь несколько человек, которым срочно нужно было уехать, сидели на скамьях, а эхо каждого их действия разносилось по зданию. Каждый шаг, каждый вздох, каждый шорох. Рида стояла в дверях, как парализованная, иногда забывая дышать. Видимой опасности не было, но в ушах стояли чужие крики. Невероятным усилием воли она шагнула внутрь и крепко сжала руки в кулак, позволяя ногтям впиться в грубую кожу. Боль отрезвляла, но тревога все еще не оставляла сознание девушки, холодными щупальцами пробегаясь по спине.

Неосознанно, Рида старалась держаться подальше от путей и не отходила далеко двери. Лишь когда в зал вышел мужчина средних лет и громко оповестил о посадке, Рида оперативно помчалась через обширный зал к гудящему за ним паровозу.

Выкрашенная в черный махина приветливо распахнула двери трех несчастных вагонов. Проводники, чуть нервные из-за слухов, стояли рядом, раздраженно ожидая тех немногих пассажиров, что отважились на путешествие.

Продемонстрировав билет, Рида забежала внутрь вагона и ввалилась в первое же незанятое купе. Ассоциации ослабевали. Дышать становилось легче. Она поставила единственную сумку на сидение рядом с собой и позволила себе расслабленно откинуться на обитую кожей спинку.

Первый шаг сделан, но упрощаться ситуация не спешила. Ограниченное время, ограниченные средства. Рида посмотрела на бесформенную сумку. Если затянуть пояс, денег, отведенных на отпуск, должно хватить на пару месяцев.

Может, пару недель можно будет пожить у матери. Девушка прикрыла глаза. Впереди долгая дорога, будет еще время все обдумать.

Раздался гудок, оповещающий об отбытии. Вот и все. Впереди только Сильверон — местная столица лицемерия! Девушка выдохнула в унисон с открывшейся дверью купе и даже не повернулась на того, кто вместо множества пустых купе решил зайти к ней.

— Здесь не занято?

— Нет, — буркнула Рида и тут же изумленно распахнула глаза.