Дом, который не строил Джек

Прозвучали слова «тяжелая техника», но фраза про бомбу заставили тут же отринуть эту идею, как бесперспективную. Кроме того, кто-то высказал предположение, что покрытие площадки способно нагреваться сильнее.

Константин, чувствуя, что начинает тихо звереть, тяжелым взглядом уставился на эксперта.

-Так может, займетесь, наконец, делом? Вас вроде бы для этого вызвали?

Роман привычным жестом поправил очки, задумавшись.

- Ну, тут, наверное, нужен еще один экскурс в историю…

- Мне не до историй, - мрачно перебил его Трубин.

– Мне нужен доступ внутрь, и как можно скорее.

- В таком случае, - сухо сообщил Маевский, - вам придется с ним договариваться.

- С кем?

Роман развернулся к подъезду и махнул рукой.

- С домом.

Трубин был в ярости. Он просил прислать сюда эксперта. Вместо этого Академия архитектуры и градостроительства свалила на него мальчишку, близорукого инфантила и явно со сдвигом. Язвительным тоном начальник комиссии поинтересовался:

- Полагаете, что бетон, пластик и стекло способны разговаривать?

Маевский выдержал разъяренный взгляд старшего коллеги и спокойно произнес:

- Нет.

К общению способен сам дом. В целом.

- Поясните.

- Всякий павловский дом – это самостроящаяся, самоуправляемая, самоподдерживаемая система. У него есть нечто вроде корней, извлекающих основные материалы, необходимые для строительства, прямо из земли. Есть нечто вроде нервной системы, и как следствие – мозга, который собственно и управляет всем домом. Павлов наделил эту систему некоторым подобием инстинктов, например, инстинкта самосохранения, который действовал в экстренных случаях – пожар, взлом, угроза жизни жильца.

И сделал систему – самообучающейся. – Роман помолчал, внимательно глядя на Трубина, затем продолжил, - кроме того, у Павлова была теория, согласно которой все, что хотя бы частично создано из органики – обладает душой.

- Хотите сказать, - медленно, чуть не по слогам проговорил Константин, - что этот дом – живое и мыслящее создание? Мало того – одушевленное?

- Не знаю, - эксперт развел руками.

– Однако другого объяснения не нахожу. Помимо всего прочего, вот это – первый павловский дом. Принадлежал лично Безумному Архитектору. Первый эксперимент, так сказать. Я подозреваю, что за столько лет дом мало того, что развился до уровня почти-разумного существа, но еще и впитал в себя часть личности создателя. Сейчас он явно считает вас и ваших людей угрозой собственному существованию, а потому – защищается, как может. Пока что – в пассивном режиме.