Осеннее таинство

Обиделся он, да обиду не простил. В тот же день из Бирна уехал, а вернулся лет через десять, богатый как черт. Как разбогател, не знает никто, да и кому какое дело. А главное, не узнали его. Возмужал, располнел, усища отрастил и имя, хитрец, сменил. Оставалось ему только бывшую возлюбленную к себе расположить, ну а с деньгами обольстить ее труда не составило. Через месяц уже и о свадьбе сговорились.

Понятное дело, невеста за индюка не пошла. Настал наш черед в игру вступать. Погрузили осмеянную невесту в шлюпку и переправили на нашу посудину, а заодно и священника прихватили, там-то ему дел не осталось.

Так нам судовладелец и приказал: доставить невесту ни с чем на берег, да чтобы уюта поменьше. А лучше нашей Марты для такой прогулки и во всем свете не сыскать. Посадили ее в каюту вместе с индюком, там и прорыдала она всю дорогу. А жених дальше кутить отправился.

— Печальная история, — отметил Вилли.

— Ну, — улыбнулся рыбак, — тут уж с какой стороны поглядеть. Невеста погоревала с недельку и нового ухажера нашла.

Сколько у нее их было с тех пор, кто теперь вспомнит? Сейчас-то она жена самого мэра, с королем на короткой ноге. А священник-вероотступник и ныне живой, да только теперь Арвене молится в старом храме на берегу и такие дела там крутит, что поговаривают — в золоте купается. Я человек старых порядков, и вера моя мне от рождения дана, и менять ее, как по мне, непристойное дело. Известное место для таких приготовлено.

— А дорого у вас священники за венчание берут?

— Когда я венчался, ни гроша с меня не взяли, — ответил рыбак, — да и что же это за священник, который за счастье человеческое деньги берет.

— Буду знать. А парень-то, спасенный вами, как поживает?

— Главное, что живет. Разбогатеть оно может и не каждому суждено, и невеста, не ровен час, бросит да только с жизнью прощаться торопиться не стоит. Отчего не поглядеть, как оно дальше будет? А, поплавок?

На этих словах лодка причалила, и Вилли вернулся на сушу. Ссадина на лбу и синяки, доставшиеся от недавних злоключений, еще не зажили и ныли от соленой воды.

Плащ и сумку он держал в руках и вместе со всем остальным выглядел как путешественник, переживший кораблекрушение. Он сердечно поблагодарил рыбака за помощь и пошел встречать Матса.

* * *

По пристани слонялись уставшие рыбаки, нагруженные утренним уловом; по корабельному трапу носильщики таскали мешки и катили бочки. Матс ждал неподалеку и потягивая папироску, отгонял голодных котов от ведра с рыбой.