Осеннее таинство

Он лениво поднялся на ноги и широко зевнул. Вилли пришел в восторг от невиданного животного и подошел поближе, чтобы погладить его добродушную физиономию.

— Вот так зверюга! Кто же ты такой? — спросил он, — точно не корова, — предположил он, нащупывая рога за ушами, — для осла здоровый больно, а для лошади слишком уж ты страшный.

Верблюд безо всякой обиды томно прикрыл глаза и наслаждался почесываниями. Тучный мужчина, обутый в пыльные сандалии и с головой завернутый в белый халат, осторожно подошел к верблюду и взял за поводья.

— Прошу прощения, — бросил Вилли мужчине, — не хотел осла вашего тревожить.

Тот не ответил и повел верблюда прочь, недоверчиво посматривая на Вилли.

Зевак тем временем прибавилось. Всем захотелось взглянуть на таинственного пришельца. Взрослые озадаченно перешептывались, а дети хохотали что есть сил, оттого как он по-приятельски беседует с животным.

Вилли, глядя на черного, как дегтем вымазанного малыша, пустился в размышления о погодных аномалиях, случившихся за ночь.

Как могла промозглая погода с дождем и ветром в одночасье смениться на жару и духоту? Солнце жгло нещадно. Лицо горело. Тело, укутанное в бушлат, задыхалось, а под ногами пылился песок, и даже сквозь твердую подошву сапог чувствовался его жар. Песок был повсюду: скрипел на зубах, летел в глаза и даже от легкого ветерка забивался под одежду.

— Ну и погодка тут у вас! — весело зароптал Вилли, вытирая пот со лба, — прячьте мясо в погреба!

Затем снял с ноги сапог и, вытряхивая песок, обратился к толпе:

— Мы тут с приятелем моим Сигуртом, Линуса разыскиваем — травника с площади.

Может встречал кто? Выглядит он… — Вилли задумался и тихо добавил, — а кто б знал, как он выглядит.

Толпа притихла и внимательно слушала Вилли в ожидании развязки представления.

* * *

Вдруг из толпы вынырнула невысокая девушка и подошла к Вилли. На ней были просторные зеленые брюки и синяя кружевная туника до колен. Платок, повязанный на голове, скрывал лицо и оставлял тем самым только глаза.

— Ты что, головой ударился, когда с крыши упал? — спросила она, — не видишь, они тебя не понимают?

— С чего бы им не понимать? Говорю яснее ясного, — ответил Вилли, балансируя на одной ноге.

— А то, что они на другом языке разговаривают тебя не беспокоит?

— И что же за язык у них такой? Я в языках слабоват.

— Странный ты, — пожала плечами незнакомка, — это Навеазар, значит, аранийский.

— Навеазар! — опешил Вилли, — далековато занесло.