Русалки. Новенькая

На периферии маячил бассейн. Хмм, где это я? Попыталась приподняться, чтобы получше осмотреться, но была остановлена мягким, но непреклонным:

– Не стоит пока. – При этом собеседница – красивая брюнетка – оказалась в поле зрения. Она села так, чтобы я её видела.

– Почему? – мой голос был хриплым, словно я долго молчала.

Но мне ответили вопросом:

– Как ты себя чувствуешь?

Прислушалась к себе. Голова не болит, остальное тоже. Разве что у ног странное ощущение.

– Нормально, вроде. А что случилось?

– Что ты последнее помнишь? – Это она опять от ответа уходит?

Но и правда, что я помню? Выходило что, по крайней мере, о том, как могла оказаться тут, немного.

Лишь смутно припоминалась долгая поездка на машине. Оставив это бесполезное занятие, поинтересовалась:

– Где я?

На лице странно знакомой незнакомки проскользнуло беспокойство:

– А ты не помнишь? – Мотнула головой. – Это школа-интернат для девочек. Точнее, её бассейн.

Эти слова прорвали плотину забвения и на меня навалились воспоминания последних суток.

Вспомнилась ссора с мамой, экскурсия, устроенная директрисой, которой и была эта женщина. Звали её довольно странно – Илина Владимировна. Вроде всего одна буква неправильная, а звучит имя совсем по-другому… Потом стало всплывать и остальное, в том числе все ужасы вчерашнего вечера и ночи, и то, как мы, продолжая экскурсию, пошли в бассейн, где мне вдруг стало плохо. Кажется, я даже потеряла сознание, потому что неопределенный промежуток времени в памяти отсутствовал.

– Кажется, вспомнила.

Что со мной произошло? Я упала в обморок?

– Что-то вроде того, – подтвердила директриса. В голосе явственно слышалось облегчение. Прежде чем я успела задать новый вопрос, она продолжила: – Но позволь объяснить по порядку. Всё дело в том, что наш мир много сложнее, чем ты привыкла считать. Рядом с людьми испокон веков жили другие существа. Одни из них от людей внешне не отличались, другие имели пусть незначительные, но отличия. На протяжении тысяч лет они влюблялись и женились на людях, у них рождались дети, нередко не наследующие родительских способностей, – в голосе женщины прозвучала грусть, но потом она довольно бодро закончила: – и к нашему времени найти чистокровного человека стало практически невозможно.

Это звучало как в какой-то фэнтези-книжке, но я уже успела понять, что все, или по крайней мере некоторые, тут несколько не вполне нормальные. В смысле на голову. Но просить прекратить не стала, решила подождать. А может и подыграть.