Вольфлинг Г. Э. Т. "Замок, рожденный завтра". Том первый. Сказы иного года

Если же отбросить все эти мелкие личностные дрязги интеллигенции, то в этом купеческом, округлом и чинном городке таилось особое очарование, созданное именно для меня, и для таких чудаков, как я.

И даже институт был не футуристической коробкой в девять этажей, из окон которой я видел когда-то лётное училище. Нет, моё новое учебное заведение размещалось в старинной усадьбе с дверями, в которые вполне мог, не пригибая головы, пройти рослый тролль.

На лестнице, внутри института, между двумя этажами и цоколем, где размещался гардероб, горделивостояли бюсты Пушкина и Горького.

В библиотеке, на входе, посетителей встречал белоснежный Аполлон, уникальной особенностью которого было периодическое отваливание от статуи её причинного места вместе с более поздним – внушительного, даже устрашающего вида, фиговым листком. В малом читальном зале пряталась Венера, тоже выполненная в человеческий рост.

Во внутреннем дворике росли тонкие дубы – и вся эта роскошь была для нас, для студентов.

Всё, начиная от огромных окон аудиторий, в которые вливался солнечный свет, до созвездия ярких, нетривиальных педагогов, – абсолютно всё было приготовлено заранее, специально.

Я попал в настоящий институт, а не в его выхолощенное подобие. Вероятно, в том, что я завалил экзамены год назад, был указующий перст судьбы. Я даже усомнился, не поразила ли меня мания величия? Но – нет. Всё здесь было для всех, просто я оказался родом отсюда, из этой сказки. И я видел то, что для других казалось рутиной.

В свободное время я бродил по тихим улочкам, с восторгом обнаруживая на окнах домов лепнину ещё царских времен.

Наполовину провалившиеся под землю окна когда-то первых этажей наводили на странные мысли о том, что истинную историю от нас тщательно скрывают. Не могли же специально так строить! Когда-то по всему Уралу и Сибири прокатилось нечто невиданное по своей силе, что-то разрушительное и неумолимое, что сотрясло самую устойчивую земную платформу настолько, что все постройки, возведенные на то время, одновременно провалились в землю на половину этажа.

А ещё это могло быть свидетельством того, что машина времени существует, и все мы живем в реальности, которую неудачно пытались править из будущего.

Но более всего меня поразила фантасмагория с полуразрушенным двухэтажным домом, стоявшим наискосок от института. Пустые глазницы окон тревожно вглядывались в улицу, а на втором этаже, просто в стене, поскрипывала на ветру самая обыкновенная, деревянная голубенькая дверь.