Вольфлинг Г. Э. Т. "Замок, рожденный завтра". Том первый. Сказы иного года

Ещё секунда – и я болтал ногами в пустоте, отчаянно пытаясь подтянуться, чтобы выбраться из ямы, ведь совершенно неясно, сколько там до дна! А вдруг это фашистский бункер? Тогда высота может оказаться любой! Но здесь не было оккупантов! Однако это не отменяет происки преступников и беглых каторжников всех времен!

Я почти сдался и решил спрыгнуть вниз. Но из глубин вдруг явственно повеяло чем-то неживым. Там, в мрачной темноте, наверняка, проснулись потревоженные змеи! А ещё в таких местах вполне могут водиться всяческие злобные гремлины или ворчливые лесовики.

И в тот же миг я ощутил на левой лодыжке ледяное прикосновенье! Я готов был поклясться, что это призрачная длань разбуженного призрака схватила меня, чтобы утащить в пучины ада! И, если под землей нет никаких бесов, варящих грешников в медных котлах, то просто разбить голову о камень на дне я вполне мог.

В одно мгновение я покрылся холодным, липким потом: от затылка до самых пяток. Пальцы рук стали предательски влажными. Ещё мгновение – и я бы соскользнул вниз, туда, куда хотят утащить меня злые духи леса!

Я взвыл и отчаянно рванулся наверх.

Не знаю, как мне это удалось, но я не только подтянулся, но и выволок своё тело из адского, черного провала. Потом я бежал, как безумный, не разбирая дороги. Ветви кустов хлестали моё лицо. За то, что я приоткрыл занавес их мрачных тайн, они не пускали меня, удерживали. Лодыжка пылала, словно я, действительно, вырвал её из настоящих лап сатаны. Никакого объяснения произошедшего не было, да они были и не нужны. Вырвавшись из зловещего оврага, отбежав, я упал на землю, тяжело дыша.

Потом, собрав волю в кулак, обернулся и посмотрел на кусты. Возле них мерцало что-то нереальное, ненастоящее. Это был силуэт огромного зверя. Он был зеленоватым, фосфорным, словно вышедшим из чужого мира. Казалось, что хищник ещё не окончательно проник в наш мир, словно очутился в какой-то буферной зоне, из которой я только что благополучно вырвался. Но он не желал мне зла, не скалился.

Он даже улыбался.

Тварь была огромной, выше деревьев. Она не могла бы выйти из подвала, она бы там не поместилась! Но это не имело уже никакого значения.

Я надсадно, истерично закричал. Чернильная мгла обрушилась на меня, спасая от ужаса.

11

Под утро ударил мороз. Ветки в лунном свете, скрипящие под тяжелыми шапками снегов, обрели сказочную, игривую искристость. Небо сияло звездами, точно накануне ангелы их надарили до блеска.