Ритуал

Хлынула кровь, с треском разлетелись кости. Он заорал, оторвал от груди чародейки ладонь и прижал раненую руку к животу, пытаясь остановить кровь. Мира окончательно избавилась от парализующего заклятия, сбросила с себя Мефистофеля, села и трижды ударила по нему чистой энергией, не облеченной ни в какую форму. Она медленно подползла к воющему от боли врагу, перехватила спицу и вонзила ее ему в правое плечо. Мефистофель заорал еще громче, попытался зажать рану в плече здоровой рукой. Он уже даже не пытался сопротивляться – раны, нанесенные Убийцей магов, лишали сил и воли.

- Хотел меня видеть? – протянула Мирослава, злорадно усмехаясь.

На правой руке стремительно вырастали длинные черные когти, бирюза в глаза практически исчезла – радужку целиком захватило адское красное пламя.

- Ну, так получай!

Она вонзила когти ему под ребра и одним резким движением вырвала сердце. Мефистофель, поддерживаемый магией, еще был жив. Он перепуганными круглыми глазами смотрел на пульсирующий комок плоти в окровавленной руке чародейки и мелко дрожал.

Она вынула из кармана прозрачный «Хранитель силы» и начала медленно сжимать сердце.

- Не надо! – истошно заорал Мефистофель.

- Еще как надо, - прошипела в ответ Мира, и сердце растаяло в ее руке жирным черным пеплом.

«Хранитель силы» налился ярким темно-рубиновым светом. Тело Мефистофеля дернулось и затихло.

Мира очень медленно выдохнула, спрятала камень в карман и повернулась к притихшим пленникам. Ланселот выглядел плохо: на груди и животе алели свежие кровоточащие порезы, лицо посинело, от губ и вовсе осталось какое-то кровавое месиво.

Он печально и благодарно посмотрел на Миру заплывшими от синяков глазами и тихо застонал. Ляна выглядела получше. На ней была лишь пара ссадин и небольших ожогов. На лице ее застыл ужас, смешанный с облегчением и удивлением.

Мирослава с трудом поднялась на ноги, держась за грудь, проковыляла к Ланселоту и разрезала веревки. Он тяжело навалился на нее, едва не опрокинув на пол. Мира оттащила его в сторону и осторожно уложила на пол.

След от ожога на груди нечеловечески пек, ей казалось, что она вот-вот потеряет сознание от боли.

- Знаешь, где ваша одежда? – спросила она у Ляны, разрезая веревки у нее на руках.

- Вроде где-то здесь валяется, - неуверенно ответила она.

- Найди чем прикрыться.

Мира вернулась к Ланселоту, села рядом с ним и занялась лечением. Пробуждение магии вызвало новый приступ боли, она застонала, но продолжила.