Ритуал

Только почему-то ничего не делаете.

Шеф смерил ее серьезным пристальным взглядом, задумчиво поскреб бороду и мягко заметил:

- Лиляна, сейчас вы раздражены, устали и, уверен, испуганы. То, что вы пережили, выпадает на долю далеко не каждого. Я прошу вас не делать поспешных выводов и не принимать поспешных решений. Это всё добром не кончится.

- Вы мне угрожаете? – удивилась Ляна.

Сейчас она сама поражалась своей дерзости и хладнокровию. Страх и отчаяние, пережитые в плену Мефистофеля, схлынули. Мысли очистились и стали как никогда ясными и трезвыми.

Сейчас она точно знала, что ей надо делать и как действовать и никаких сомнений не чувствовала.

- Нет, не угрожаю, - вздохнул Шеф. – Я вас предупреждаю. Не драконьте Мирославу, особенно после того, как она спасла вам жизнь. Поверьте, она не простит такой неблагодарности.

- Так вас послушать получается, что она вне закона, - фыркнула Ляна. – Мы садим в тюрьму и наказываем и за меньшие преступления. А здесь пять убийств, незаконные амулеты, еще бог весть что, а вы спокойно сидите в своем кресле и говорите не драконить ее.

Любой нормальный начальник давно бы приказал ее арестовать. Или вы боитесь?

- В какой-то мере, боюсь, - спокойно признал Андрей. – Она очень сильная волшебница. Ни одно из имеющихся у меня средств не может нанести ей видимого урона. Она просто уйдет туда, где ей не будут мешать и все. Поймите, Лиляна, Мирослава нужна здесь и потому я вынужден прощать ей мелкие нарушения. Понимаете?

- Понимаю. Понимаю, что вы ничего не можете против нее сделать.

Ляна встала, запахнула пуховик и, не прощаясь, удалилась. Заходить в лабораторию не стала, сразу пошла вниз.

Ланселота дома не было, хотя все вещи лежали на месте. Она не стала ни звонить, ни искать его. Переоделась в домашнее, налила рюмку водки и залпом опрокинула в рот, скривилась и закусила кусочком хлеба. Внутри нее как будто разом рухнула плотина, сдерживающая чувства и воспоминания. Из ослабевших пальцев выпала рюмка, с громким звоном разбилась о кафельный пол.

Ляна сползла по стенке, сжалась калачиком на полу, и громко зарыдала.

***

Следующие два дня слились для Ляны в единый поток из сочувствующих взглядов, осторожных вопросов и невыносимой тоски. Ланселот не возвращался. Сидел безвылазно в своем кабинете, полировал оружие и пил. Мирослава в агентстве и вовсе не показывалась. После феерического боя с Мефистофелем она исчезла, а Шеф запретил ее разыскивать. Как запретил и открывать на нее дело. Ляна злилась.