Станция Озерки

— Правила такие, — развел руками Марк, как бы извиняясь. — Мы ничего не можем сделать. Связаны по рукам и ногам.

— Но вы же десятка! Вы можете им приказать!

Кирилл кашлянул и отвернулся.

— К сожалению, крепостное право отменили в тысяча восемьсот шестьдесят первом году. Так что нет, не могу, — Марк опустил голову, будто сожалел, что не бывать ему барином и не управлять холопами.

Кирилл снова кашлянул, сдерживая смех.

— Так что же делать? — севшим голосом спросила старушка.

— Ждать. Три дня. А пока можно попить жасминовый чай.

Когда я был в Китае, узнал, что он очень полезен для сердца и сосудов. Это я вам как ученый говорю. Не пренебрегайте моим советом. И это... гуляйте побольше.

Марк дернул Кирилла за рукав, кивнув на выход, точнее намекая, что пора прыгать.

— Вообще-то, по законодательству нет правила трех дней, — сообщил Марку Кирилл, как только они оказались в кабинете.

— Главное, она об этом не знает, — усмехнулся Марк.

— Вводить акудзин в заблуждение неправильно. А в уставе отдела прописано, что мы должны оказывать любую помощь и поддержку обратившемуся к нам акудзину.

— Нам, боярам, закон не писан, — отмахнулся Марк.

Кирилл улыбнулся. Видно, был полностью согласен с тем, что искать кошек сумасшедших старушек не должно входить в обязанности оперативников.

— Пойду, пожалуй, и я за своим ноутбуком, — произнес коллега и испарился.

Не успел он исчезнуть, как в кабинете возник Богданов.

— А где?..

— Кошку ищет, — не отрываясь от экрана ноутбука бросил Марк.

— Понятно. Передай, что надо после проверки сигнала докладывать дежурному.

Дежурный — это тот, у кого сегодня телефон, — Богданов покрутил перед носом Марка простеньким смартфоном и прыгнул.

— Не кабинет, а проходной двор, — проворчал Марк.

Сидеть в сводках желания не было, ровно, как и искать кошек, поэтому он вернулся к изучению десятка папок на своем столе. Все они были датированы прошлым годом и ничего интересного в них не было. За исключением одного дела.

В нем говорилось о пропаже пятнадцатилетней девочки в районе станции Озерки одноименного района области.

Поругалась с бабушкой, пошла в сторону прудов, что подтверждают соседи.

На листе были только сухие факты, а в итогах проверки значилось: «Причастность акудзин не выявлена. Утонула?».

— Ну правильно... Нет тела — нет дела. Так и живем, — вздохнул Марк.

В кабинет снова вошел Богданов. На этот раз через дверь.

— Звонила старуха. Просила передать, что Маркиза пришла... — озадаченно проговорил он, глядя на Марка.