Станция Озерки

Там есть поиск, — Кирилл уселся за ноутбук. — Как искать?

— Попробуй набрать «Озерки».

Кирилл застучал по клавиатуре, а Марк сложил папки обратно в коробку и посмотрел на странно затихшего коллегу. Калинин крутил колесико «мышки» и, не отрываясь, смотрел на экран. Он то хмурился, то удивленно вскидывал брови, и выглядел так, словно случилось что-то страшное.

Марк подошел к нему и встал за спиной. Настало его время удивляться. По запросу «Озерки» всплыло восемь страниц дел, начиная с две тысячи первого года.

— А ты случайно не знаешь, когда в отделе появились компы? — спросил Марк, читая дела, которые открывал Кирилл.

— Рано, судя по тем мамонтам, что стояли здесь, — прикинул Кирилл. — Но ведь сама система была создана примерно в двухтысячном, а все что было до этого хранилось на бумаге.

Они переглянулись.

— Я не хочу копаться в этой пылище, — скривился Марк.

— Ты же археолог, — с любопытством посмотрел на него Кирилл. — Держу пари, ты и не в таких местах как наш архив копался.

— Вот все вы такие! Если я археолог, это значит, что я обязательно девяносто процентов времени бегаю по гробницам в поисках золотого грааля?

— А что нет? — ровно спросил Кирилл.

— Во-первых, грааль давно найден макаронниками. Во-вторых, девяносто процентов своего времени я копаюсь в библиотеках по всему миру или лишь десять процентов рою землю.

— Просто представь, что архив — это библиотека, — предложил Кирилл. — А я пересмотрю все эти дела. Вдруг здесь много лишнего?

Марк закатил глаза, но сдался.

Калинин больше него понимал в этих делах. И уж точно дураком не был — просек, точнее выудил информацию о том, что Марк знает что, где и как искать на бумаге, и умело воспользовался его слабостью к пыльным архивам.

Марк прыгнул в подвал. Он не спеша бродил между стеллажами, рассматривая надписи на коробках. Остановился, только когда нашел то, что надо. Девяностые находились под самым потолком. Видимо, специально забросили на самый верх, чтобы лихие времена лишний раз не мозолили глаза.

Он при помощи сущности достал коробку за второй квартал девяносто пятого и отнес ее к столу. Места на нем не было, зато рядом освещался лампой приличный круг. Марк уселся по-турецки прямо на бетон и начал копаться в папках.

Вскоре к этой коробке добавились другие кварталы девяносто пятого, потом он отсеял лишние и оставил только второй и третий кварталы. Затем принес коробки за девяносто шестой. Оказалось, что и тут ему нужны были только эти два квартала.