Закон треснувшего корешка

Она стискивает меня так сильно, что легкие сжимаются, и облегченно выдыхает, а я все-таки размыкаю веки, с трудом различая окружающую обстановку за белыми локонами, выбившимися из плотной косы.

Рада умещается на самом краю дивана, вцепившись в меня, и покачивает головой. Ее добрый серый взгляд внимательно скользит по мне. Эрик стоит возле стены, скрестив руки на груди. Всеобщее напряжение он не разделяет, но и без того неприятные иголки его взгляда становятся острее, а узкие губы поджаты. Он строго смотрит в одну точку, сощурившись, и я замечаю Берта, который гневно размахивает руками, яростно выплевывая:

– Ты хотя бы понимаешь, чем это чревато? Тебе несказанно повезло, что все обошлось.

А что, если бы вы наткнулись на кого-то из Организации? Что, если бы она пострадала? Ты представляешь, какой опасности подверг Тею? Она же новичок…

Поток негодований все никак не заканчивается, но я перестаю воспринимать слова, скосив взгляд.

Матвей спокойно сидит на другом краю дивана, и все обвинения отскакивают от его довольной победоносной ухмылки.

Мнимый контроль над собой дает трещину. Нижняя губа вздрагивает, ноздри раздуваются, и перед глазами расплывается пелена. Вскочив на ноги, я выпутываюсь из рук Рады и гневно шагаю в сторону Матвея, пошатнувшись в неудобных туфлях:

– Ты! – яростно выкинув вперед руку, я тыкаю в Матвея пальцем. – Ты устроил этот бардак и бросил меня там! Одну! Я едва сумела сбежать и вернуться, а ты просто исчез. Как ты мог бросить меня там? Это подло, – обвинения не иссякают, но я замолкаю, ощутив направленные на меня взгляды.

Тишина опускается на комнатку, укрывая ватным облаком. Я никак не могу уловить ее причины. Мысли в голове не удерживаются, и я бросаю попытки что-то понять.

Спокойный голос Эрика раздается из-за спины:

– Первый урок для нашего новичка – не лезь в книги с тем, кому не доверяешь, – в каждом звуке потрескивают насмешливые искорки, и в груди разливается злой жар.

Какой я им новичок? Если я не выслушивала нудные бесконечные лекции в странной Академии, это вовсе не значит, что я хуже.

Мне приходилось разбираться во всем самой. Метод проб и ошибок пусть и рискованный, зато дарит куда больше опыта.

Самовлюбленный ученик какой-то Академии не будет разговаривать со мной свысока только из-за того, что прилежно посещает уроки.

Весь мой гнев находит нового адресата. Обернувшись, я поджимаю губы в натянутой вежливой улыбке:

– Спасибо за мудрый совет. Никаких книжных путешествий с тобой.