Закон треснувшего корешка

Благоговейная тишина прерывается Эриком, и из его голоса исчезает насмешка и презрение:

– Серьезно? Ты просто стащила одну из подручных вещичек Сатаны?

Серьезно? Я это сделала?

– Я не хотела, – оправдание выходит нелепым, и я морщу нос, продолжая бубнить. – Я даже не собиралась. Это вышло случайно. Матвей просто кинул его мне, и я…

Из Берта вылетает нервный смешок. Он оборачивается ко мне всем корпусом и шевелит губами, но так ничего и не говорит. Укладывает ладонь на мое плечо, покачивая головой.

Ликование освещает лицо Матвея, растягивая на губах победоносную улыбку. Он явно в восторге от произведенного эффекта. Выдержав театральную паузу, Матвей обводит всех торжествующим взглядом и заключает:

– Птичке не нужны никакие уроки. Мы всего лишь должны помочь ей расправить крылышки.

Никто с ним не спорит.

The Road I'm On

Досада сливалась с торжеством, причудливо переплетаясь так плотно, что не отделить. Берт и не пытался. Он упорно не понимал, как вышло, что появление одной новой девчонки настолько скрасило унылые серые будни.

Стоило благодарить муз за случайную встречу с Теодорой. Берт хотел помочь ей, но ее маленькое книжное путешествие с Матвеем задевало. Почему вообще она пошла с ним? Почему согласилась? Если ей было скучно и хотелось развеяться, Теодора могла бы найти его, а не подкармливать самолюбие этого зазнавшегося придурка.

Берт не умел зацикливаться на неприятностях. Мысли перескакивали на другие темы.

Сдерживать Теодору и принуждать к посещению занятий неразумно. Ей нужно развитие, а для этого она должна получить магию. Теодора заслуживала этого не меньше, чем все остальные, допущенные до испытаний.

Даже отец согласился, когда они показали ему глобус. Теодоре нужно было только выполнить пару формальных простейших требований – выучить кодекс и освоить необходимый минимум теории, но она словно специально все усложняла.

Серьезно относиться к какому-то кодексу, без которого ты и так прекрасно обходился, наверняка непросто. Берт и сам в свое время бунтовал, отказываясь учить нудные положения, поэтому мысленно поддерживал Теодору и старался заниматься с ней в любую свободную минутку. Слава музам, пока получалось выкроить время.

Теодоре понравилась библиотека.