Ржавчина

— Закрыть глаза. Вы их не видите, не боитесь — они не видят вас.

— В идеале вообще завязать, — обрывает возможные возражения Дэй. — Взяться за руки, чтобы не потеряться. Знаете, как слепые в старину ходили? И руки лучше тоже верёвкой связать, вдруг кто споткнётся.

— И куда мы таким порядком?

— Подальше отсюда, командир. Попробуем вывести вас. Стать вашими глазами.

Переломный момент. Либо нам сейчас поверят, либо мы уже ничего не успеем для них сделать. Да, поверить нелегко, согласна.

Командир морщит лоб и обречённо взмахивает рукой.

— Ведите.

Дэй быстро начинает резать тонкую верёвку.

— Глаза лучше завяжите, я серьёзно. Мало ли что. — Он стягивает многострадальную бандану и отдаёт её командиру. Тот, помедлив, берёт смятый зелёный лоскут.

— Делайте, как говорят. Попробуем поиграть в эти игры.

Бойцы достают кто носовые платки, кто эластичные бинты из аптечек, наскоро сооружая повязки.

— Будем спускаться, — инструктирует меня Дэй. — Ориентир — вон то одинокое дерево.

Ты пойдешь первой в цепочке, вторым пойдёт раненый. Я буду замыкающим.

Логично. Остальные подстроятся под темп раненого, а не наоборот. Иначе он либо истратит все силы, пытаясь угнаться за здоровыми, либо разорвёт цепь посередине. Да и мне будет легче ему помочь.

Дэй сам стягивает обрезком верёвки наши руки, мою левую и здоровую правую недоверчивого бойца. В надежде успокоить человека, делающего, как ему кажется, самоубийственную глупость, я покрепче сжимаю его ладонь.

— Как вас зовут?

— Земан, — неохотно отзывается боец.

— А дальше, по имени?

— Талиан.

— Не волнуйтесь, Талиан. Нюха у тварей, похоже, нет, им важен зрительный контакт. Если мы уйдём достаточно далеко, то собьём их со следа. А потом я займусь вашей рукой.

Армейская выучка сказывается даже в бредовых ситуациях вроде нашей: минут за десять все военные обзавелись повязками на глазах и оказались соединены между собой почти так же крепко, как звенья настоящей, стальной цепи.

Последними в строй встали двое автоматчиков, методично отстреливавшие тварей во время последних приготовлений. Странно, ни звука в ответ. Неужели они не визжат и не воют, когда их убивают?

— За руки тоже лучше держаться, — говорю я. — Просто на всякий случай.

— Все готовы? — Это Дэй, с конца колонны. Второй после него — командир. Проклятье, даже имя не успели узнать. — Подёргайте узлы, держат? Тогда в путь.