Ржавчина

Кстати, а кто его родители? Где они живут? Чем занимаются?

— Почему бы тебе не спросить у него? — Иду в лобовую атаку. Был бы повод ввести Дэя в дом как моего возлюбленного.

— Рин, в твоём возрасте пора фильтровать своё окружение и правильно выбирать знакомства. — Всё, дипломатия пошла коту под хвост. — Вот скажи, о чём ты со своим новым другом разговариваешь? Что у вас общего? Чем вместе занимаетесь?

— Гуляем. Обсуждаем книги.

Рассказываем сказки, пытаемся угадать, кто живёт в квартирах, окна которых выходят на улицу, вспоминаем истории из детства.

Целуемся в тёмных закоулках старинных дворов. Мечтаем.

Один раз в бар ходили, но об этом я точно не расскажу.

— Ах, книги, — тянет отец. — Он, значит, читает. И что же?

— Он «Песнь о Чёрном Стрелке» цитирует. Причём довольно большими отрывками.

Дэй любит эту историю. По-моему, он перечитал все версии, какие только смог найти — и кое-что из того, что в его положении достать сложно. Переложения для детей, толстый томик неадаптированного эпоса с комментариями, народные баллады, журнальные статьи.

Тайрин Чёрный Стрелок, бастард одного из Высоких Лордов, состоявший в родстве с Иным народом. Лучник, изрядно потрепавший захватчиков в Войну Четырёх, борец за свободу, глава отряда, куда брали любого, от сына крестьянина до знатного рыцаря — и все они были равны перед командиром.

А потом король, получивший свой трон, казнил Тайрина и младших командиров его отряда по ложному обвинению в предательстве. Остальным было предложено отречься от бастарда, им обещали сохранить жизнь.

Они отказались и приняли смерть вслед за своим предводителем. Королевский суд посчитал эшафот слишком дорогим подарком для «бастардова сброда» — их просто повесили. И кто-то из бойцов успел крикнуть: вы можете отнять у нас жизнь, но не отберёте свободу, родину и дорогу. И уже следующей осенью Тайрина во главе его отряда видели на дорогах севера в глухие безлунные ночи.

Из тех, кто лжесвидетельствовал на суде, до зимы не дожил ни один. Молодой правитель протянул чуть дольше — ровно столько, сколько нужно было для того, чтобы зачать наследника.

И ещё — столько, сколько понадобилось его жене, чтобы выносить и родить здорового ребёнка. Иначе пережившее войну государство скатилось бы в очередную смуту, которая неизбежно сопутствует смене династии.

У Дэя глаза горели, когда он пересказывал мне финал истории о бессмертном отряде, летящем в ночь: копыта коней едва касаются асфальта, а рога поют, перекликаясь с песней ветра в проводах.