Добровольная пандемия

— Что-то не так? — невозмутимо спросил он.

4. Бег

— Да тут на рамке тряпки налеплены, от них мерзко воняет, — Константин поморщился. — Пока ещё не сильно, но у меня эта, как её… гиперосмия, знаете? Это когда запахи очень хорошо чувствуются.

— Что-то такое слышал. Вы свободны.

— Так может тряпочку пора сменить? Она кажется испортилась.

— Вы свободны, — с тщательно отмеренной толикой раздражения повторил Никитин.

Константин решил, что достаточно изображал дурачка и неспешным шагом удалился. Отыскал жену.

Она сидела облокотившись на бетонную чашу клумбы и, нахмурив брови, о чём-то думала. Взял её за руку, чтобы не излучать радиоволны наружу, и прямо через ладонь спросил:

“Ну как?”

“Я нашла модуль!” — заявила Таня.

“Какой модуль?” — удивился Серов.

“Ну блин, который отвечает за саморепликацию эмки. Кто-то просто взял кусок, которым мы можем создавать симбиота другим людям и вкорячил его в урас. Понимаешь?” — Татьяна с надеждой посмотрела в глаза.

Серов кивнул, он понимал. Значит кто-то модифицировал урас.

И это, вероятно, создатель эпидемии онелиоза. Но сейчас важно другое. Они с Таней в опасности.

“Тань, извини”. — Серов рассказал про рамку детектора и запах.

Чтобы наблюдать за Никитиным, Константин создал вьюв, только в этот раз настроил его на работу через сеть академий. Сигнал шёл вверх, к спутникам, а те ретранслировали его обратно, так было меньше опасности, что с земли случайно заметят. Правда источник сигнала могли заметить с воздуха, но не в толпе пассажиров, где было несколько других операторов и онели — все, от скуки, сидели в сети.

Оставалось ждать: либо появится шанс сбежать сейчас незаметно для стороживших навес бойцов, либо Никитин уедет, тогда можно будет потом незаметно сойти с поезда.

Хвостатый рабочий, обрезавший стебли с крыши вагона, зацепил слишком большой кусок и тот, коснувшись контактного провода, загорелся и полетел между вагонами в заросли, опутавшие поезд. Сначала казалось, что всё затухло, лишь шел небольшой дым, постепенно становясь всё светлее.

Вдруг показалось высокое пламя, повалил чёрный дым — загорелся резиновый уплотнитель на стыке вагонов. Пламя зашло сбоку лизнуло вагон, заглянуло в открытую дверь и оставило там свои ростки, которые начали плясать внутри, озаряя стены. Поднялась суета, шум. Начальник орал на понурившего хвост виновника, из-за угла станции люди в оранжевых жилетах разматывали пожарный рукав, а за поездом ещё раздавалось жужжание — ещё не все узнали о пожаре.