Не ловите мух...

Шеф сказал, что ей нужна «мышь с подпаленным хвостом»? Что ж, она нашла эту мышь. И она знала, что сделать, чтобы подпалить ей хвост. Один ответит за всех. Напрасно они с ней связались.

«Ох, как же вы пожалеете, мистер Трилби. Как же вы пожалеете…»

Глава 5. В случае убийства напечатайте «М».

В окно влетел кирпич. Со звоном посыпалось разбившееся стекло, и в печатном зале редакции газеты «Сплетня» одновременно поднялась новая волна скулежа и вытья.

Прячущиеся почти в полной темноте по углам да под столами газетчики со страхом глядели на кирпич.

– Ченси, прочитай, что там! – велел Эллиот Вирдпен.

Устроившись в кресле на мостках – на достаточном расстоянии от окон, шеф даже не вздрогнул, когда очередной брошенный с улицы кирпич попал в печатный зал. Попивая «Чеснутт» и покуривая сигару, он будто бы не замечал ни криков, раздающихся с площади, ни воплей подчиненных, ни висящей в редакции вони. Хотя привильнее будет сказать, что он прекрасно все это замечал – просто наслаждался ситуацией.

У входа в редакцию собралась внушительная толпа и с каждой минутой она все увеличивалась. Люди подходили к зданию со всех сторон, кое-кто по такому случаю приехал на трамвае. На площади образовался затор: пассажиры и кебмены, оставив экипажи, примкнули к толпе. Скоро здесь грозил оказаться весь Тремпл-Толл…

Причиной ажиотажа был последний номер газеты, точнее, его передовица. Поначалу славные жители города хотели получить объяснения, но постепенно настроения изменились, и теперь толпа жаждала крови.

Утолить эту жажду, казалось, могли разве что парочка недобросовестных газетчиков, повешенных на фонарных столбах.

Как только стало известно, что произошло, шеф велел погасить весь свет, запереть все двери и забарикадировать их. Редакция подготовиласьк осаде. Потом полетели обломки кирпичей…

– Ченси, я должен дважды повторять?!

Перепуганный Ченси вылез из-под своего стола и, прикидываясь ящерицей, прополз по полу к кирпичу.

Развернув бумагу, в которую тот был упакован, как подарок на день рождения (разве что ленточкой не был повязан), он громко прочитал:

– «Проклятые лжецы!»

– Недурно, – покивал шеф. – Весьма недурно. Хотя прошлое послание «Треклятые чернильные писаки!» мне понравилось больше. Либо у них там фантазия заканчивается, либо они утомились.

Откуда-то снизу раздался грохот, который свидетельствовал о том, что возмущенные читатели даже не думали утомляться.